Чем больше попыток ударов будет предпринимать Киев по российским гражданским объектам, тем большую зону безопасности придется создать российским войскам, заявил Владимир Путин в ходе посещения пункта управления Объединенной группировки войск.
«Чем больше ударов будет противник пытаться наносить по нашим гражданским объектам – но мы, конечно, прежде всего, должны сделать все необходимое, чтобы защитить эти объекты и защитить мирных граждан – но чем больше попыток противник будет проводить подобного рода, тем большую зону безопасности нам придется создавать на сопредельной территории», – сказал он.
История вопроса тянется с июля 2023-го, когда на встрече с военными корреспондентами президент впервые заявил о возможности создания «санитарной зоны» безопасности на границе с Украиной, если обстрелы российских регионов не прекратятся. Реальные шаги в этом направлении начались в мае 2024-го, когда ВС РФ начали продвижение вглубь Харьковской области. Тогда же Путин во время визита в КНР подтвердил предположение о начале создания буферной зоны. «Я говорил публично, что, если это будет продолжаться, мы вынуждены будем создать зону безопасности, «санитарную зону». Вот это мы и делаем», – заявил он.
Спустя год начальник Генштаба ВС РФ Валерий Герасимов, докладывая президенту об освобождении Курской области от украинских боевиков, сообщил, что «продолжается создание зоны безопасности в приграничных районах Сумской области Украины». При этом проинформировал, что «общая площадь контролируемой территории составляет более 90 квадратных километров». На сегодняшний день она превысила 410 квадратных километров. Но есть ли предел? Ведь такой важный параметр, как глубина буферной зоны, никто из российского военно-политического руководства никогда не озвучивал. Как и то, в каких областях она должна создаваться. На сегодняшний день работа по созданию буфера осуществляется в Сумской, Харьковской и Днепропетровской областях.
На первый вопрос частично ответил В. Путин еще в 2023 году – зона будет проходить по территории Украины «на таком удалении, с которого невозможно было бы доставать нашу территорию».
Чем доставать? Определение, что называется, рамочное, потому что реальность постоянно меняется. К примеру, летом 2023-го у ВСУ еще не было американских ракет ATACMS, которые могут лететь до 300 км. Расстояние от Харькова до Белгорода по прямой – всего чуть более 70 км. Расстояние от западных границ Харьковской области до государственной границы России варьируется от 100 до 150 километров. То есть буферная зона должна не только покрыть всю Харьковскую область, но и зайти на территорию Полтавской. И это если учитывать дальность полета тех ракет, что уже есть у ВСУ. Нужно понимать, что в будущем может появиться что-то помощнее, а значит, границы «санитарной зоны» придется расширять еще и еще.
Это только касаемо ракет. Но есть беспилотники, которые (в том числе с помощью метеозондов) могут преодолевать расстояние до 2000 км, и нынешняя ситуация на фронте показывает, что по мере отступления ВСУ ставка Киева делается именно на дроновую террористическую войну. Как быть с этим? Это не говоря уже о том, что дроны запускаются с территории других стран, граничащих с Россией.
Отсюда и ответ на второй вопрос: в состав буферной зоны должны быть включены все приграничные с Россией области Украины. То есть, помимо указанных Сумской, Харьковской и Днепропетровской областей, речь должна идти еще о Николаевской и Черниговской.
Последняя, кстати, граничит еще и с Белоруссией. Учитывая то, что против нашего союзника в последнее время участились провокации со стороны киевского режима и что у нас с Белоруссией – Союзное государство, ОДКБ и единое оборонное пространство, границы которого мы должны защищать, выводы напрашиваются сами собой. В состав «буферной зоны» должны быть включены территории Киевской, Житомирской. Волынской и Ровненской областей Украины.
Отдельно стоит отметить, что если мы говорим о демилитаризации Украины, то она должна быть лишена возможности получать оружие в первую очередь морским и речным путем. А это значит, что «санитарная зона» должна включать выход Украины к Черному морю и побережью Дуная, а это большая часть Одесской области.
Однако при этом Украина сохранит возможность получения оружия через сухопутную границу западных областей. Как это контролировать, пока не очень понятно. В идеале «буферная зона» должна проходить вдоль всей границы Украины.
Впрочем, тут возникает еще один интересный вопрос: если мы говорим о выполнении целей и задач СВО (т. е. устранении первопричин конфликта, о демилитаризации и денацификации), то зачем вообще нужна «буферная зона»? Сам факт ее создания говорит о том, что мы допускаем, что Украина может быть не демилитаризована, иначе нечего было бы опасаться, что с ее стороны может возникнуть какая-либо угроза.
Впрочем, это отдельный серьезный вопрос. Я уже неоднократно подчеркивал, что полную гарантию безопасности может дать только уничтожение украинского государства как такового, поскольку его существование в любой иной форме, кроме как под полным контролем России, дает почву для использования его против нас нашими оппонентами. Проект «анти-Россия» будет существовать до тех пор, пока есть территория, на которой он может осуществляться, и люди, которых можно использовать для этого. Любой вариант существования государства Украина, неподконтрольного Москве, – это отложенная война.
Это уже вопрос даже не исторической справедливости (о которой постоянно говорит В. Путин, подчеркивая, что «буферная зона» создается на исторически русских землях), а вопрос безопасности нынешних российских территорий.
Кстати, если мы говорим о том, что это исторически русские земли, на которых живет братский народ, нужно понимать, что таким образом мы берем моральную ответственность за него. И не только моральную. Ведь киевский режим, лишившись возможности обстреливать территорию России, будет обстреливать своих бывших сограждан – всего, до чего сможет дотянуться, так что если его не успокоить раз и навсегда, под прицелом постоянно будет находиться эта самая «буферная зона» и ее жители. За которых мы должны взять ответственность.
Безусловно, нельзя не понимать, что до тех пор, пока идут боевые действия, все эти вопросы попросту не ставятся, ибо это было бы похоже на дележку шкуры неубитого медведя. Обвал фронта пока не предвидится, ВСУ продолжают оказывать сопротивление, и линия боевого соприкосновения движется на запад отнюдь не так быстро, как всем нам, безусловно, хотелось бы. К тому же нарастают количество и острота ударов по нашим тылам, что заставляет переключать внимание на решение более насущных вопросов, чем расчет границ «буферной зоны».
В любом случае, несмотря на то что ВС РФ продолжают наступать, говорить о контроле даже над областными центрами приграничных областей пока не приходится – даже освобождение наших Херсона и Запорожья пока под вопросом. Однако факт остается фактом: противник, срывая все возможности для переговоров, не оставляет России выбора, кроме дальнейшего освобождения территорий.
Поэтому, наверное, бессмысленно сегодня загадывать и строить планы, а следует обозначить цель-минимум (освобождение российской территории и удержание той части украинской, что удастся освободить к моменту прекращения огня) и цель-максимум. Добившись первой, нужно затем освобождать столько территории, сколько получится освободить…
