Лживость нацистских лидеров, старавшихся замаскировать свои агрессивные цели, объявляя грабительскую войну против Советского Союза «превентивной», была полностью разоблачена в 1945–1946 гг. на Нюрнбергском процессе над германскими военными преступниками.
Трибунал в своем приговоре опирался на показания многочисленных свидетелей, среди которых едва ли не самым знающим был генерал-фельдмаршал Ф. Паулюс. Бывший командующий 6-й немецкой армией был взят Красной армией в плен в Сталинграде 31 января 1943 г.
То, о чём свидетельствовал Паулюс, он знал точно и подробно. Прежде чем встать во главе сильнейшей в вермахте 6-й полевой армии, он с сентября 1940 г. занимал в Генеральном штабе главного командования сухопутных войск вермахта (ОКХ) пост оберквартирмейстера, то есть заместителя начальника Генштаба. По указанию начальника Генштаба генерал-полковника Ф. Гальдера он занимался разработкой оперативного плана нападения на Советский Союз, позднее получившего кодовое название «Барбаросса».
На разработку плана к тому времени существовала директива ОКВ – верховного командования вермахта. И начинал будущий фельдмаршал не на пустом месте: до него над оперативным планом трудился начальник штаба 18-й армии генерал-майор Э. Маркс. Замысел нападения на СССР окончательно вызрел в гитлеровской верхушке как минимум за год до того, как нападение произошло.
«Я должен был исходить из анализа возможностей наступления против Советской России в отношении рельефа местности, потребности и распределения сил и средств и т. д., – показывал Паулюс международному трибуналу в Нюрнберге, – при этом указывалось, что я должен исходить из 130-140 дивизий, которые будут находиться в распоряжении для выполнения данной операции.
В качестве основы для предпринимаемых мероприятий учитывались цели операции, в частности, во-первых, уничтожение находящихся в Западной России русских войск и пресечение возможности отступления войсковых частей вглубь России; во-вторых, достижение линии, которая сделала бы невозможными эффективные налеты русских военно-воздушных сил на территорию Германской империи. Конечной целью являлось достижение линии Волга – Архангельск».
По словам фельдмаршала, теоретические разработки были проверены в ходе двух военных игр (учений на картах), которыми он сам руководил по поручению генерал-полковника Гальдера и в которых принимали участие старшие офицеры Генерального штаба. Основой для этих игр служило следующее распределение сил: в районе южнее Припяти предусматривалось использование группы армий, которая из района южной Польши и Румынии должна была достигнуть Днепра, Киева и районов южнее. Севернее Припяти предусматривалось использование самой сильной группы армий, которая должна была наступать из района Варшавы и севернее её. Главные удары этой группы должны были быть направлены на Минск и Смоленск, а впоследствии на Москву. Ещё одна группа армий – «Север» – должна была наступать из Восточной Пруссии на Ленинград через Балтику. Забегая вперёд, скажем, что направления, по которым с рассвета 22 июня 1941 г. наступали группировки вермахта, фактически повторяли намеченное в ходе этих военных игр.
Итоги последних были подведены на совещании у начальника Генерального штаба сухопутных войск с привлечением руководителей штабов тех групп армий, которые отвечали за операции на Востоке.
«Эти военные игры и совещания, о которых я сейчас говорил, – подчёркивал Паулюс, отвечая на вопрос трибунала, – завершили теоретическую подготовку и планирование будущей агрессивной войны. Непосредственно после этого, 18 декабря 1940 г., верховное главнокомандование вооруженных сил издало директиву № 21 («Барбаросса». – Ред.). Эта директива явилась основной для всех военных и экономических приготовлений к войне. Все действия, связанные с подготовкой войны, необходимо было осуществлять на основании этой директивы».
После принятия плана «Барбаросса» стратегическое развёртывание вермахта пошло по нарастающей. Главное командование сухопутных сил перешло к разработке практических указаний командующим и штабам. «Первые директивы после доклада их в Оберзальцберге Гитлеру были одобрены им 3 февраля 1941 г., – показывал Паулюс. – Они впоследствии были спущены войскам. Позже к ним давались различные дополнения. Начало войны было приурочено к тому времени, которое являлось бы наиболее подходящим для продвижения больших войсковых частей на территории России. Возможности подобного продвижения ожидались в середине мая месяца. И соответственно этому были предприняты все приготовления».
Правда, из-за своего решения напасть на Югославию Гитлер изменил сроки нападения. «Выступление (против СССР. – Ред.) должно было быть отсрочено примерно на пять недель, то есть оно намечалось на вторую половину июня». От этой даты – 22 июня – верховное командование вермахта потом уже не отступило.
Ответ Паулюса на вопрос, в чем состояли цели нападения Германии на Советский Союз, не оставляет камня на камне от вымыслов относительно якобы спровоцированного нападения на СССР и «цивилизаторской» миссии похода на Восток и его целесообразно привести полностью.
Ф. Паулюс: «Конечная цель нападения, заключавшаяся в выходе на линию Волга – Архангельск, превышала силы германской армии. И эта цель характеризует не знавшую пределов захватническую политику Гитлера и нацистского руководства.
Со стратегической точки зрения достижение этой цели означало бы, по их мнению, уничтожение вооруженных сил Советского Союза. Захват этой линии означал бы захват и покорение главных областей Советской России, в том числе столицы Москвы, политического и экономического центра Советской России.
Экономический захват линии Волга – Архангельск означал бы обладание важнейшими источниками продовольственного снабжения, важнейшими полезными ископаемыми, включая нефтяные источники Кавказа, а также важнейшими промышленными центрами России и далее – центральной транспортной сетью европейской части России…
Указанные цели означали завоевание с целью колонизации русских территорий, эксплуатация и ресурсы которых должны были дать возможность завершить войну на Западе с той целью, чтобы окончательно установить господство Германии в Европе».
Неспровоцированная агрессия, уничтожение Советского Союза как государства, колонизация захваченных земель, означавшая уничтожение большей части советского населения и обращение оставшихся в рабов, разграбление экономических богатств нашей страны – вот что стояло за высокопарным и лживым объяснением «необходимости» вторжения в СССР («не защита отдельных стран, а обеспечение безопасности Европы и тем самым спасение всех»), которое Гитлер дал немецкому народу на рассвете 22 июня 1941 г.
______________________
Фото: https://russian7.ru/post/chem-udivil-feldmarshal-paulyus-na-sude/
