Моногорода Казахстана: программы принимаются, проблемы не решаются - Ритм Евразии
Информационно-аналитическое издание, посвященное актуальным проблемам интеграции на постсоветском пространстве
Сегодня: 15.07.2024 |

Моногорода Казахстана: программы принимаются, проблемы не решаются

В независимом Казахстане проблема моногородов (а на них приходится почти треть – 27 из 89 городов республики), к которым относятся города с численностью от 10 до 200 тыс. человек и где более 20% промышленного производства и трудоспособного населения сосредоточены на одном или нескольких градообразующих предприятиях (как правило, одного профиля и сырьевой направленности), – одна из самых застарелых.

Несмотря на огромные вложения и многочисленные программы, они имеют огромный клубок экономических и социальных проблем, ситуация в них продолжает оставаться тяжелой и причины все те же: население бежит от безработицы, разваливающейся инженерной и социальной инфраструктуры. Еще в ноябре 2021 года на совещании в Экибастузе президент К-Ж. Токаев отмечал, что износ водопроводных и канализационных сетей составляет в среднем 61%, а в городах Аркалыке, Балхаше, Шахтинске, Темиртау достигает 90%. Износ тепловых сетей и линий электропередачи в среднем составляет 55%, а в отдельных моногородах – и 85%.

Приватизация коммунальных предприятий показала, что частная монополия оказалась гораздо хуже государственной. Следствием этого стала череда аварий в текущем отопительном сезоне в Темиртау, Степногорске, Балхаше, Экибастузе, Актобе, Риддере (причем на некоторых ТЭЦ они приобрели хронический характер).

Жители жалуются и на разбитые дороги. И это понятно. В неудовлетворительном состоянии находится 40% автомобильных дорог. Добиться от властей нового асфальта пытаются годами. В большинстве моногородов более трети экономически активных жителей – самозанятые, а среднедушевые доходы ниже среднеобластного уровня. Итоги всего этого неутешительны: с 1999 года население в них сократилось вдвое – с 3 млн до 1,5 млн человек и эта тенденция сохраняется.

Безусловно, правительство, периодически «вспоминая» о малых и моногородах, издает постановления, принимает программы развития, на которые выделяют огромные средства, но ситуация не меняется. Так, была провалена Программа развития малых городов на 2004-2006 годы. В мае 2012 года ее сменила спешно разработанная Программа развития моногородов на 2012–2020 годы, однако своеобразным ответом на неё стали кровавые события декабря предыдущего года в Жанаозене, которые обнажили социально-экономические проблемы жителей моногородов республики.

Главная цель программы, как заявляли в правительстве, – диверсификация экономики моногородов, уход от ее мононаправленности, создание новых рабочих мест и производств путем развития малого и среднего бизнеса. На нее планировалось выделить 141 млрд тенге из республиканского и местных бюджетов. Однако в ходе последующих корректировок сумма финансирования из бюджета была значительно сокращена.

А ведь уже к 2015 году в моногородах планировалось развить инфраструктуру и увеличить объем промышленного производства не менее чем на 20% через реализацию «якорных» инвестиционных проектов. Благодаря последним должны были создаваться «альтернативные» несырьевые производства, которые, став генераторами экономической активности, вытащили бы экономику моногородов из стагнации и кризисов, связанных с системообразующими предприятиями. К 2020 году ожидалось, что количество активно действующих малых предприятий в моногородах увеличится в четыре раза в сравнении 2011 годом, доля населения с доходами ниже прожиточного минимума снизится до 6%, а уровень безработицы – до 5%.

Напомним, «якорные» проекты – это инвестируемые частным бизнесом мероприятия по созданию новых и расширению действующих производственных мощностей, цель которых – увеличение и диверсификация производства, создание новых рабочих мест. Однако многие якорные проекты остаются либо загружены лишь частично, либо простаивают, поскольку не могут найти рынки сбыта.

В частности, предприятия, запущенные в городе Аксае, не могут выйти на уровень плановой загрузки мощностей. Аналогичная ситуация сложилась на производствах в Текели, Хромтау, Рудном. Во многих случаях проекты вообще не могут реализоваться на протяжении уже многих лет: они или не стартуют, или брошены на полпути.

По оценкам Счетного комитета, за три года действия программы из предусмотренных четырех целевых индикаторов достигнут лишь один, из 18 пунктов плана мероприятий выполнено только 6. Из общего объема средств, направленных на реализацию программы, на диверсификацию экономики моногородов использовано всего 16%! Понятно, что ни снижения доли населения с доходами ниже прожиточного минимума, ни сокращения уровня безработицы, ни роста промышленного производства добиться не удалось. Тем не менее министерство национальной экономики отчиталось, что за период с 2012 по 2016 год освоение выделенных на развитие моногородов средств составило 99%!

Таким образом, согласно бумагам ведомства, моногорода уже должны стать цветущими оазисами, но по факту никаких принципиальных изменений ситуации в них не произошло: они по-прежнему зависимы от градообразующих предприятий, а МСБ не стал локомотивом их экономики. Деньги освоены, а моногорода по-прежнему находятся в плачевном положении. Высокая доля самозанятых (от 30 до 50%) – главная проблема большинства моногородов в Казахстане. Идти на общественные работы многие не хотят из-за крайне низкой оплаты.

Ярким примером стал бывший некогда центром исчезнувшей Тургайской области Аркалык. Город, главным богатством которого была бокситовая руда, с ее истощением попал в список депрессивных и неперспективных. Правительство и акимат озаботились созданием альтернативной занятости. Однако в моногороде «якорные» проекты носят исключительно агропромышленный характер, причем многие из них остаются неработающими. Истощение сырьевой базы в городах, подобных Аркалыку, Жанаозеню, Текели, Жезказгану, делают их очагами социальной нестабильности.

В июне 2015 года депутаты высказались о неэффективности программы развития моногородов, программа была свернута и затем отдельным разделом включена в Программу развития регионов до 2020 года. Однако и это не помогло. К 2018 году было реализовано 15 «якорных» проектов в 7 моногородах с созданием всего 2,4 тыс. постоянных рабочих мест, что далеко от запланированного.

Степень диверсификации экономики в моногородах остается низкой, поскольку многие из инвестиционных проектов или вообще не стартуют, или их бросают на полпути. Очевидно, что программа вновь провалилась, деньги «освоены», а моногорода по-прежнему находятся в плачевном положении. По отзывам жителей, в большинстве моногородов, кроме бюджетных организаций, сферы услуг, базара, найти работу негде. Но никто из чиновников за это не ответил.

Сегодня вопросы развития малых и моногородов отражены в Государственной программе развития регионов на 2020-2025 годы. На прошедшем 23 декабря 2022 года заседании государственной комиссии по вопросам модернизации экономики рассмотрели планы по развитию моногородов. Отмечалось, что в них, по данным министерства национальной экономики, сформирован пул из 86 «якорных» проектов на 2,1 трлн тенге с созданием более 18 тысяч рабочих мест, охватывающих отрасли горно-металлургической и химической промышленности, сельского хозяйства, строительства, машиностроения и т. д.

Цифры, конечно, впечатляют, но насколько выполнимы эти очередные обещания? Полных отчетов с анализом реализации предыдущих программ по развитию моно- и малых городов (по крайней мере в публичном доступе) как не было, так и нет.

Для дальнейшего развития моногородов предлагается увеличить ежегодный лимит средств, выделяемых из бюджета на проведение капитального ремонта объектов жилищного фонда и инженерной инфраструктуры, разработать мастер-планы по решению социально значимых проблем, активизировать работу по реализации новых инвестиционных проектов.

Однако у правительства до сих пор нет ни четкой позиции и единого мнения по развитию моногородов, ни принципиально новых идей по выводу их из кризиса, размыта ответственность за выполнение принятых решений. Поэтому остается множество нерешенных социально-экономических и экологических проблем, продолжается отток населения. Во избежание превращения моногородов в территории запустения и растущего социального напряжения необходим пересмотр государственной политики по их устойчивому развитию.

Читайте нас в Яндекс.Дзен и Telegram

Рейтинг Ритма Евразии:   1 1
2809
Новости и события
Мы в социальных сетях
Выбор редакции
Документы
Теги
«Заполярный Транссиб» COVID-19 G20 G7 Human Rights Watch OPAL Stratfor SWIFT Wikileaks «35-я береговая батарея» «Saber Strike-2015» «Белая книга» «Евразийская экономическая перспектива» «Жұлдыздар отбасы. Аңыз адам» «Исламское государство» «Меджлис» «Мир без нацизма» «Правый сектор» «Русская школа» «Свобода» «Северный поток-2» «Сила Сибири» «Славянский базар» «Турецкий поток» «Хизб ут-Тахрир» «Южный поток» АБИИ Абхазия Азербайджан Андрей Тарковский АПК Арктика Армения АрМИ АСЕАН Атамбаев АТО АТР АТЭС Афганистан Африка АЭС Байкал Байконур Бандера Белоруссия Бессарабия Ближний Восток Болгария БРИКС Ватикан Ваффен СС Ваффен-СС Великая Отечественная война Великая Победа Великобритания Венгрия ВОЗ Восточное партнёрство ВПК ВТО Вторая мировая война Вьетнам Гагаузия Газпром Галиция Германия ГЛОНАСС Греция Грузия ГУАМ Дальний Восток Демография Дивизия СС «Галичина» ДНР Додон Донбасс Дордой ЕАБР ЕАСТ ЕАЭС ЕБРР Евразия Global ЕврАзЭС Египет ЕС ЕСПЧ ЕЭК ЕЭП Жээнбеков Закарпатье Зеленский ЗСТ ИГИЛ Израиль Индия Индонезия Ирак Иран Ислам Италия Кавказ Казахстан Карабах Каримов Карпатская Русь Каспий Киево-Печерская Лавра Киргизия Китай КНДР Костюшко Красносельский Крым КСОР Куба Курильские острова Кыргызгаз Лавров Латвия Литва ЛНР Лукашенко МАГАТЭ Македония Манас МВФ Медведев Междуморье Мексика Меркель Меркосур миграция Мирзиёев Молдова Монголия Назарбаев НАТО нацизм Николай II Новороссия НОД НПО ОБСЕ Одесса ОДКБ ОИС ООН ОПЕК Организация тюркских государств Оренбург ОТЛК ОУН ОУН–УПА ОЧЭС ОЭС Пакистан ПАСЕ Первая мировая война Польша Порошенко Православие Прибалтика Приднестровье Путин Россельхознадзор Россия РПЦ Румыния русины Русский язык Саргсян Саудовская Аравия Сахалин СБУ Севастополь Сербия Сингапур Сирия Следственный комитет России Словакия СНГ соотечественники Союзное государство СССР США Таджикистан Таиланд Талибан ТАПИ Татарстан Токаев Трамп ТС ТТП Тунис Туркменистан Турция ТЮРКСОЙ Узбекистан Украина УНА–УНСО УПА УПЦ КП УПЦ МП Фашизм Финляндия Франция Центральная Азия ЦРУ Чили Шелковый путь ШОС Шухевич Экология энергетика Эстония Югославия Южная Осетия ЮКОС ЮНЕСКО ЮНИДО ЮТС Япония
Видеоматериалы
все видеоматериалы

* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: Международное религиозное объединение «Нурджулар», Международное религиозное объединение «Таблиги Джамаат», меджлис крымско-татарского народа, Международное общественное объединение «Национал-социалистическое общество» («НСО», «НС»), Международное религиозное объединение «Ат-Такфир Валь-Хиджра», Международное объединение «Кровь и Честь» («Blood and Honour/Combat18», «B&H», «BandH»), Украинская организация «Правый сектор», Украинская организация «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО), Украинская организация «Украинская повстанческая армия» (УПА), Украинская организация «Тризуб им. Степана Бандеры», Украинская организация «Братство»,  Полк  «Азов», «Айдар», Общероссийская политическая партия «ВОЛЯ», «Высший военный Маджлисуль Шура Объединенных сил моджахедов Кавказа», «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана», «База» («Аль-Каида»), «Асбат аль-Ансар», «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»), «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»), «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»), «Партия исламского освобождения» («Хизб ут-Тахрир аль-Ислами»), «Лашкар-И-Тайба», «Исламская группа» («Джамаат-и-Ислами»), «Движение Талибан», «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»), «Общество социальных реформ» («Джамият аль-Ислах аль-Иджтимаи»), «Общество возрождения исламского наследия» («Джамият Ихья ат-Тураз аль-Ислами»), «Дом двух святых» («Аль-Харамейн»), «Джунд аш-Шам» (Войско Великой Сирии), «Исламский джихад – Джамаат моджахедов», «Аль-Каида в странах исламского Магриба», «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), Джебхат ан-Нусра, Международное религиозное объединение «АУМ Синрике», Международное общественное движение ЛГБТ.


При полном или частичном использовании материалов сайта «Ритм Евразии» активная гиперссылка
на главную страницу www.ritmeurasia.ru приветствуется.

Точка зрения редакции может не совпадать с мнением авторов.

Яндекс.Метрика