Усиление санкционного давления Запада на Россию, в сочетании с рисками вторичных санкций против стран, сотрудничающих с РФ, требуют тщательно выверенных подходов к интеграционным связям в рамках ЕАЭС. Комплексным ответом на эти вызовы вполне может стать формирование совместных предпринимательских структур стран-участниц Союза. Такая инициатива выдвинута председателем Коллегии ЕЭК Михаилом Мясниковичем в ходе недавних переговоров в Астане с представителями бизнес-сообщества Казахстана.
В этом контексте нельзя не напомнить, что за исключением Белоруссии и Кубы другие страны-партнеры РФ по Евразийскому союзу «хладнокровно» сохраняют отстраненность от контрсанкционной внешнеэкономической политики России, причем наблюдается это с первого «санкционного» года – 2014-го. Это изначально усложняет реализацию совместных промышленных и в целом экономических проектов, как и создание совместных бизнес-структур в ЕАЭС-регионе.
Эти факторы отражены главой ЕЭК. Точнее, по оценке М. Мясниковича, из-за беспрецедентного санкционного давления страны начали принимать меры по защите внутренних рынков, что наносит ущерб хозяйствующим субъектам стран-партнёров. Соответственно, возникают «встречные препятствия, идет накопление взаимных претензий. Хотелось бы, чтобы мы стремились общими усилиями сформировать рынок без препятствий», высказал пожелание глава ЕЭК.
Тем самым он признал, во-первых, фактическое влияние вторичных санкций Запада почти на все страны-партнеры России и, стало быть, на их совместные с РФ проекты. А во-вторых, дал понять, что необходимы обусловленные этими санкциями защитные меры, чтобы минимизировать риски таких санкций для стран Союза.
Среди вариантов решения этих вопросов, в частности ускорения индустриальной кооперации в ЕАЭС-регионе, М. Мясникович упомянул создание совместных компаний в рамках сырьевого, технологического и инвестиционного обеспечения этими компаниями конкретных производств/проектов. Уточнено в этой связи, что интеграционными проектами будут считаться те, в которых участвуют минимум три государства-участника ЕАЭС. Такой подход, как считает председатель Коллегии ЕЭК, помог бы решать «вопросы реализации в странах Союза сложных высокотехнологичных проектов – например, в области микроэлектроники». При этом требуется «серьезное субсидирование процентных ставок по кредитам» (видимо, имеются в виду должные объемы и единый механизм такого субсидирования. – Ред.).
Напомним, что в 2020 г. была утверждена программа стратегических направлений экономической интеграции в ЕАЭС на период до 2025 г. включительно. Но, похоже, упомянутые М. Мясниковичем вопросы, как и единая политика в отношении антироссийских и вторичных санкций, в этой программе не учтены (или учтены поверхностно). Такой вывод напрашивается уже потому, что данные – заметим, нерешенные вопросы – отмечены главой ЕЭК спустя два года после утверждения указанной интеграционной программы.
Характерны в этой связи и поныне сохраняющиеся различные подходы в странах Союза к развитию товарного и производственно-технологического импортозамещения. Пока решения ЕЭК оказывают слабое влияние на внутри- и внешнеэкономическую политику наших стран. Эти обстоятельства иллюстрируют, прямо скажем, недостаточную проработанность данных вопросов в рамках ЕЭК/ЕАЭС за период с 2014 г.
Тем не менее дело с мертвой точки все же сдвинулось. Уже разрабатываются схемы формирования совместных компаний с их прицелом на кооперационные проекты. Прежде всего, страны Союза в октябре с. г. смогли договориться о субсидировании в течение пяти лет процентных ставок на сумму до 30 млн долл. по кредитам для тех проектов промышленной кооперации, в которых, повторим, должны участвовать отрасли/компании не менее трех стран-участниц ЕАЭС. Этот критерий распространяется и на страны-наблюдатели – Узбекистан и Кубу.
Пока, правда, неясно, учитывает ли упомянутая сумма вполне возможные перепады курса доллара США в отношении нацвалют стран Союза. И будут ли приниматься меры по коллективной стабилизации нацвалютных курсов к этой и другим инвалютам. А ведь именно такие меры предотвратят обесценивание и нацвалют и, соответственно, субсидий по кредитам. Кроме того, М. Мясникович, повторим, заявил об актуальности «серьезного субсидирования ставок по кредитам». Похоже, имеется в виду недостаточность суммы в 30 млн долл. по данному субсидированию.
Впрочем, еще нет официальной информации о компаниях или проектах-претендентах на упомянутые субсидии: такая информация, по оценке ЕЭК, будет уточнена и окончательно сформирована не позже 1-го квартала 2023 г. Но проекты в странах-партнерах России по ЕАЭС, реализация которых возможна в 2022-2026 гг. в рамках трех- или многосторонней кооперации с российским участием, предварительно уже обозначены.
Среди таких проектов:
в Казахстане – создание завода по производству полиэтилена (Атыраусская область), 2-я очередь Актогайского горно-обогатительного комбината (Восточно-Казахстанская область), производство фосфорных удобрений (Жамбыльская область);
в Белоруссии – создание новых мощностей (до 2 млн. тонн в год) по производству калийных удобрений (Минская область), заводов по изготовлению азотосодержащей продукции и глубокой переработке высоковязких сортов нефти (соответственно, в Гродненской и Гомельской областях), реконструкция нефтехимических мощностей (Витебская область);
в Армении – создание ГЭС (северный регион страны), завершение строительства скоростного автодорожного коридора от армяно-иранской до грузинско-армянской границы (центральный регион Армении), производство высокопрочных теплоизоляционных материалов (западный регион);
в Киргизстане – проекты по производству продукции машиностроения (Ошская область), созданию текстильного кластера (Чуйская область), добыче-переработке редкоземельных металлов (Баткенская область).
Предварительно в том же реестре – модернизация кубинской портовой зоны Мариэль, часть которой планируется предоставить в аренду ЕАЭС. Уточняется также перечень проектов по развитию нефтегазохимии, текстильной отрасли и пищепрома Узбекистана, которые могут реализовываться в кооперации с бизнесом стран-членов ЕАЭС.
Словом, востребованность индустриальной кооперации по всему ареалу Евразийского союза вполне четко обозначилась. Реализация же кооперационных проектов не только рекомендована, но и планируется путем формирования совместных бизнес-структур.
В то же время очевидно, что реальные темпы и результаты такой кооперации напрямую зависят от того, смогут ли все страны Союза, во-первых, признать приоритетными решения и рекомендации ЕЭК, а не собственные трактовки интеграции, и, во-вторых, проводить согласованную друг с другом внутри- и внешнеэкономическую политику.
Но, прежде всего, необходима коллективная контрсанкционная политика всех наших стран. В противном случае приоритет предотвращения вторичных санкций Запада каждой из стран в отдельности способен как минимум замедлить интеграционные процессы в Евразийском союзе.
Читайте нас в Яндекс.Дзен и Telegram
