Вот уже более полутора десятилетий Литва пытается решить одну из самых сложных технических и финансовых задач в своей истории — окончательно вывести из эксплуатации Игналинскую АЭС. Станция, которая когда-то обеспечивала до 70% потребностей страны в электроэнергии, была остановлена в 2009 году по требованию Евросоюза как условие вступления Литвы в ЕС. Однако процесс демонтажа оказался куда более длительным, дорогостоящим и опасным, чем предполагалось изначально.
Согласно данным Аудиторского комитета Сейма Литвы, общая сумма затрат на закрытие Игналинской АЭС и обращение с радиоактивными отходами значительно превысит 11 млрд евро. Для сравнения: председатель комитета Артурас Скарджюс отметил, что за эти деньги Литва могла бы построить новую атомную электростанцию мощностью 1200 мегаватт. Только на сам процесс вывода из эксплуатации ИАЭС расходы вырастут до 4 млрд евро.
Евросоюз уже выделил на эти цели 2,1 млрд евро, и в настоящее время ведутся переговоры о выделении еще 680 млн. Остальная сумма ложится на государственный бюджет Литвы. При этом, как признают в сейме, текущий уровень финансирования не соответствует реальным потребностям, и вопросы вывода станции из эксплуатации перекладываются на плечи будущих поколений.
Особую тревогу вызывает ситуация с финансированием строительства глубокого геологического хранилища для радиоактивных отходов. По предварительным оценкам, на эти цели потребуется 2,5 млрд евро, при этом среднегодовая потребность в финансировании до 2078 года составляет 42,7 млн евро. Однако к концу 2024 года было накоплено лишь 68,5 млн евро. Генеральный аудитор Ирена Сегаловичене подчеркнула, что задержка решений по безопасному выводу из эксплуатации станции создает дополнительные экономические риски для Литвы.
Не менее острой проблемой стала потеря квалифицированных специалистов. После решения о закрытии Игналинской АЭС опытные кадры массово покидали Висагинас, уезжая в том числе в Нововоронеж и другие центры атомной энергетики. Численность персонала станции сократилась с 4500 сотрудников в 2003 году до примерно 1500 человек в 2024 году.
В документах Еврокомиссии прямо указывается, что в случае недостаточного финансирования безопасное обслуживание станции будет поставлено под угрозу, а потеря кадров и уникального опыта сделает весь процесс вывода из эксплуатации более рискованным, сложным и дорогостоящим. Как отмечают в сейме, с 2010 года часть средств, выделенных на вывод ИАЭС из эксплуатации, использовалась крайне безответственно: реализация проектов задерживалась на пять лет, постоянно возникали споры с подрядчиком проекта закрытия (NUKEM), а руководству станции предъявлялись обвинения в злоупотреблении служебным положением.
Технические вызовы, стоящие перед Литвой, не имеют аналогов в мировой практике. Игналинская АЭС состоит из двух реакторов РБМК-1500 – того же типа, что и на Чернобыльской АЭС. Литва станет первой страной в мире, которая демонтирует ядерные реакторы РБМК-1500. Как отмечается в документах Еврокомиссии, технические задачи по выводу из эксплуатации Игналинской АЭС особенно сложны из-за их беспрецедентного характера, в частности речь идет о демонтаже облученного графита и о том, что значительная часть оборудования загрязнена. Поскольку это первый в мире демонтаж реактора чернобыльского типа, у оператора нет предшествующего опыта, на который можно было бы опереться.
Работы планируется завершить к 2049 году. В июле 2026 года госкомпания Altra объявила международный тендер на проектирование и демонтаж активных зон реакторов. Стоимость контракта оценивается в 400 млн евро, а работы займут около 16 лет. Проект финансируется Европейской комиссией через Международный фонд поддержки вывода из эксплуатации Игналинского объекта, управляемый Европейским банком реконструкции и развития.
Несмотря на колоссальные технические сложности и нехватку компетенций, Литва принципиально отказывается от сотрудничества с российскими атомщиками. По данным отчета Департамента госбезопасности Литвы, предприятия «Росатома» стремятся участвовать в проектах демонтажа первого и второго реакторов ИАЭС, однако литовские власти не допускают их к непосредственному участию из-за мнимых рисков для национальной безопасности. При этом, как отмечается в отчете, почти все литовские предприятия, ранее сотрудничавшие с «Росатомом», не разорвали эти связи, руководствуясь финансовыми интересами и желанием получить работу в проектах.
Показательным примером стала ситуация с отработавшим ядерным топливом. Литва пыталась продать неиспользованное топливо Игналинской АЭС во Францию и Россию, однако транспортировка в РФ потребовала бы вооруженного сопровождения и участия Латвии, а для любой сделки требовалось согласие российской стороны. В итоге топливо осталось на станции, создавая дополнительные проблемы для хранения.
На фоне собственных проблем с выводом из эксплуатации Игналинской АЭС Литва продолжает вести активную кампанию против Белорусской АЭС в Островце. Сейм Литвы объявил БелАЭС угрозой национальной безопасности и законодательно запретил покупку и экспортный пропуск ее электроэнергии. Вильнюс выдвигает претензии по поводу выбора площадки в 50 километрах от литовской столицы, формально апеллируя к стандартам Евросоюза и международным конвенциям о ядерной безопасности.
Однако, как отмечают эксперты, претензии Литвы носят сугубо политиканский характер и не имеют под собой обоснованных аргументов. У международных органов, включая МАГАТЭ, претензий к БелАЭС нет. А между тем в Литве в свое время бесплатно раздавали таблетки с йодом на случай аварии на БелАЭС, что свидетельствует о нагнетании паники вокруг белорусского проекта.
Показательным является и инцидент с пожаром на Игналинской АЭС в ноябре 2025 года. Белорусские спасатели узнали о чрезвычайном происшествии из литовских новостей, при этом официальный запрос МЧС Беларуси с предложением помощи остался без оперативного ответа – ответ пришел лишь через несколько дней. В то же время при любом удобном случае, даже неподтвержденном, в отношении БелАЭС Вильнюс во всеуслышание высказывает протесты и заявляет ноты. Налицо очевидный двойной стандарт.
Шестнадцать лет спустя после остановки Игналинской АЭС Литва продолжает оставаться в сложной ситуации. Финансовые потребности растут, квалифицированные кадры утрачены, технические задачи не имеют аналогов в мире, а принципиальный отказ от сотрудничества с Россией лишь затягивает сроки и увеличивает риски. При этом критика в адрес БелАЭС, не подкрепленная объективными техническими аргументами, выглядит особенно цинично на фоне собственных нерешенных проблем. Как отметил экс-директор Игналинской АЭС Виктор Шевалдин, остановка станции в свое время произошла исключительно по политическим мотивам, и теперь Литва пожинает плоды этого решения.
