Обострение российско-армянских отношений на фоне активных попыток Еревана сменить вектор геополитической ориентации на западный, сохранив при этом все преимущества членства в ЕАЭС, заставляет Москву использовать новые инструменты воздействия. Одним из них вскоре может стать ограничение трудовой миграции.
В середине августа армянская пресса сообщила, что Россия дала республике месяц на то, чтобы определить, в каком интеграционном объединении она намерена участвовать – ЕС или ЕАЭС, предупредив о возможности перейти ко «второму, более жесткому этапу» ограничений. Их окончательное содержание пока не ясно. Но первой среди возможных мер в этом списке фигурирует ужесточение миграционной политики, что может привести к высылке на родину «сотен тысяч» армянских трудовых мигрантов, которые останутся без средств к существованию. Вторая возможная мера – ограничение или прекращение воздушных рейсов между двумя странами, что негативно повлияет на туристический поток, и, учитывая географическое положение Армении, не имеющей сухопутной границы с Россией, отрицательно скажется на той же миграции.
Сразу скажем: много, если не все из сказанного выше, это версии армянской прессы. Тем не менее вопрос о том, насколько сильно республика зависит от РФ в миграционной сфере, действительно возникает и требует объективного освещения.
Значение миграционных связей с Россией для Армении действительно велико. В этом отношении она во многом повторяет модель развития других «малых» стран СНГ, которые в силу небольшой емкости экономик и узости национальных рынков труда вскоре после распада СССР оказались в сильной зависимости от РФ, экономические возможности которой были и остаются на несколько порядков выше. По данным Центробанка Армении за 2025 г., объем денежных переводов физических лиц из России в республику составил 3,87 млрд долл., тогда как весь ее ВВП по итогам года достиг 29,2 млрд долл. То есть доходы от трудовой миграции в Россию эквивалентны 13,3% всей армянской экономики. Денежные переводы из других стран, где также работают армянские трудовые мигранты, были на порядок меньше. Так, из США за прошлый год физлицами переведено в Армению 733 млн долл., из Британии – 207 млн, из Швейцарии – 131 млн, из ОАЭ – 105 млн, из Германии – 100 млн долл. То есть от своих мигрантов в России Армения получила за 2025 г. денег втрое больше, чем из четырех крупнейших западных экономик.
Примечательно, что на саммите стран ЕАЭС в конце мая этого года В. Путин, говоря о последствиях возможного выхода Армении, заявил о перспективе потери ею как минимум 14% ВВП, что практически совпадает с долей денежных переводов. К армянским мигрантам, по его словам, будут применяться те же требования, что и к гражданам других стран СНГ, которые не входят в ЕАЭС, включая приобретение патентов на право работать в РФ. Пока же они в соответствии с договором о Евразийском союзе при наличии трудового договора с работодателем уравнены в своих правах с гражданами России.
Впрочем, потерями от ужесточения условий трудовой миграции ущерб, который понесет Армения, не ограничивается. В случае выхода из ЕАЭС она столкнется с ростом тарифов на железнодорожные и автомобильные перевозки и стоимости энергоносителей, включая газ, потерей рынка сбыта сельскохозяйственной продукции, доходов от туризма и т. п., что окажет негативное влияние на состояние всей экономики. Доходы от миграции могли бы эти потери сгладить, но альтернативы российскому рынку труда пока не просматривается.
Въезд граждан Армении в Россию с целью работы (по данным Пограничной службы ФСБ РФ)
На протяжении последних лет въезд армянских трудовых мигрантов в РФ был достаточно стабильным и колебался в пределах 160-170 тыс. чел. Исключением стал «ковидный» 2020 г., когда число граждан Армении, которые пересекли границу РФ и указали в качестве цели прибытия работу, сократилось почти в четыре раза – со 170,4 до 45,6 тыс. В следующем 2021 г. приток армянских трудовых мигрантов столь же резко вырос, превысив уровень 2019 г. и достигнув 179,4 тыс., что стало рекордом за все время наблюдений. В дальнейшем он незначительно колебался, несколько сократившись после начала СВО в 2022 г. (до 163,8 тыс.) и вновь увеличившись в 2023 г. (до 174,1 тыс.).
С 2024 г. наметилось сокращение притока трудовых мигрантов, вызванное ужесточением миграционной политики России после теракта в «Крокус Сити Холле» и нарастанием связанных с иммиграцией угроз внутренней безопасности. Однако масштабы падения оказались не очень значительными. В 2024 г. число въехавших в Россию армянских трудовых мигрантов снизилось по сравнению с предыдущим годом на 1,6% (до 171,3 тыс.), а в 2025 г. – еще на 9,8% (до 154,5 тыс.).
В общей сложности трудовая иммиграция из Армении за два года сократилась на 11,2%, тогда как из Таджикистана, больше всего пострадавшего от введенных Россией за это время ограничений, – на 20,6%, а из Киргизии – на 14,2%. Причем Киргизия, как и Армения, является страной-участницей ЕАЭС и приобретать патенты на право работы в РФ ее гражданам точно так же не надо. Получается, что армянская трудовая миграция даже в условиях заметного ужесточения миграционной политики России оказалась более стабильной и устойчивой, чем киргизская, что свидетельствует о прочности российско-армянских миграционных связей.
Правда, в абсолютных цифрах число въездов в РФ трудовых мигрантов из Киргизии за 2025 г. было в четыре раза больше (616,6 тыс.), чем из Армении. Если этот показатель соотнести с общей численностью населения, то у Киргизии (8,5%) он будет заметно выше, чем у Армении (5%), что говорит о более высокой «миграционной зависимости» Бишкека от Москвы. Вместе с тем по доле денежных переводов мигрантов в ВВП, которая по данным за прошлый год составила у Киргизии 15,4%, она опережает Армению не слишком значительно.
Въезд граждан Армении в Россию с целью работы за первое полугодие (соответствующего года) (по данным Пограничной службы ФСБ РФ)
Похожую динамику можно проследить, если взять данные за первое полугодие соответствующего года. Поскольку статистика за первые два квартала 2026 г. уже доступна, ее можно сравнить с аналогичными периодами предшествующих лет. После двухкратного падения в 2020 г. (до 45,3 тыс.) в следующем 2021 г. число въездов армянских трудовых мигрантов в РФ превысило показатели 2019 г. и достигло рекорда (109 тыс.), после чего вновь опустилось на уровень последнего доковидного года. После начала СВО, повысившей спрос на трудовых мигрантов, в первом полугодии 2023 г. число въездов армянских трудовых мигрантов вновь выросло (до 103,4 тыс.) и на протяжении следующих двух лет снижалось очень незначительно, фактически стабилизировавшись на уровне чуть более 100 тыс. въездов.
Ситуация изменилась лишь в первом полугодии 2026 г., когда сказался накопительный эффект тех изменений в миграционном законодательстве РФ, которые были приняты на протяжении предыдущих лет. За январь–июнь число въездов трудовых мигрантов из Армении по сравнению с тем же периодом 2025 г. сократилось на 13,1% – до 88,6 тыс.
Если миграционную зависимость Армении от России сравнивать с другими «малыми» странами СНГ, то, судя по доле денежных переводов в ВВП, выглядит она не столь значительной. По оценке Всемирного банка, у Таджикистана этот показатель за 2024 г. составлял 45%, а у Киргизии – 24%, то есть был в два-три раза выше. Однако, учитывая сложное геополитическое положение Армении, зажатой между Азербайджаном, Ираном, Турцией и Грузией, возможностей для диверсификации направлений внешней трудовой миграции, как и экономических связей в целом, у Еревана не так много. Особенно учитывая крайне напряженную военно-политическую ситуацию в Ближневосточном регионе.
Компенсировать исчезновение российского рынка труда Армения в обозримой перспективе не сможет и в случае принятия Москвой жестких ограничительных мер в сфере трудовой миграции окажется в очень непростом положении. Поэтому такой ситуации в Ереване, вероятно, постараются избежать.
