По мнению экспертов, активное участие Индии в евразийских транспортных проектах отражает её стратегический переход к роли континентальной державы, сообщает журнал «Россия в глобальной политике».
Генерал-майор в отставке Ракеш Бхадаурия, директор Центра стратегических исследований Индии, отмечает, что этот сдвиг был формализован с запуском политики «Связи с Центральной Азией» в 2012 году. В отличие от китайской инициативы «Пояс и путь», индийский подход делает акцент на взаимосвязи, основанной на уважении суверенитета и международных норм, что отражает доктрину стратегической автономии страны.
Краеугольным камнем этой стратегии является Международный транспортный коридор «Север – Юг» (INSTC), который сокращает время и стоимость транзита по сравнению с маршрутом через Суэцкий канал. Завершение ключевых участков, таких как железнодорожная линия Решт–Астара в Иране, и рост грузоперевозок по коридору на 19% в 2024 году подтверждают его растущую значимость. Одновременно Индия развивает порт Чахбехар в Иране, что обеспечивает ей доступ к Центральной Азии и Афганистану в обход Пакистана и создаёт противовес китайскому порту Гвадар.
Для диверсификации экономических связей Индия ведёт переговоры о соглашении о свободной торговле с ЕАЭС. Ещё одним стратегическим направлением стал морской коридор Ченнаи–Владивосток, сокративший время доставки грузов в Россию на 40% и усиливший энергетическую безопасность Индии. Эти проекты в совокупности формируют многополярную архитектуру связности, через которую Индия наращивает своё влияние в Евразии.
