Готовы ли страны Центральной Азии решить водно-энергетическую проблему? - Ритм Евразии
Информационно-аналитическое издание, посвященное актуальным проблемам интеграции на постсоветском пространстве
Сегодня: 28.02.2024 |

Готовы ли страны Центральной Азии решить водно-энергетическую проблему?

Проблема эффективного управления водно-энергетическими ресурсами является одной из важнейших для стран Центральной Азии. Это связано и с постоянно растущей численностью населения региона, и с изменениями климата, и, что немаловажно, с необходимостью дальнейшего экономического развития центральноазиатских государств.

Согласно анализу Евразийского банка развития (ЕАБР), нехватка воды в ЦА будет особенно остро ощущаться уже через пять лет, а к 2040 году нагрузка на водные ресурсы в регионе увеличится в 2,8 раза. Именно поэтому в настоящее время на повестку дня в очередной раз поставлен вопрос о создании государствами Центральной Азии водно-энергетического консорциума (ВЭК), который должен разрешить не только экономические, но и ряд политических вопросов, в первую очередь касающихся недостаточного уровня регионального сотрудничества.

Проблема недостаточности водных ресурсов в ЦА существует не одно десятилетие. Известно, что в регионе есть две полноводные реки – Амударья и Сырдарья, которых недостаточно для удовлетворения всех потребностей расположенных здесь стран, которые вдобавок имеют разные экономические интересы. Так, Киргизия и Таджикистан генерируют электричество и заинтересованы летом накапливать воду, чтобы зимой вырабатывать электроэнергию, в то время как Казахстан, Узбекистан и Туркменистан выращивают сельхозпродукцию, а потому им нужна вода в летний сезон. Во время существования СССР вопрос водно-энергетического баланса решался за счет директивного управления из Москвы на основе так называемого бартера. Он заключался в том, что летом Киргизия и Таджикистан отпускали воду соседям, а зимой Казахстан, Узбекистан и Туркменистан поставляли им мазут и газ для работы электростанций. Однако после 1991 года ситуация изменилась: страны начали заботиться о собственных экономических интересах, попутно припоминая друг другу все старые обиды. В результате советская система бартера была разрушена.

Несмотря на то что еще в 1992 году государства ЦА начали искать компромиссные решения, подписывая различные двусторонние соглашения и даже создавая некие региональные объединения для совместного управления водно-энергетическими ресурсами, окончательно решить проблему в таком формате оказалось невозможно. Наиболее значимым событием стало подписание в 1998 году Киргизией, Узбекистаном и Казахстаном трехстороннего соглашения об использовании водно-энергетических ресурсов бассейна Сырдарьи. Документ предусматривал «координацию и принятие [совместных] решений по пропуску воды», а также отказ от односторонних действий, которые могли навредить другим участникам соглашения.

При этом Казахстан и Узбекистан обязались компенсировать Киргизии за сброс воды «в эквивалентном объеме энергоресурсы (уголь, газ, топочный мазут, электроэнергия), а также другую продукцию (работы, услуги) или в денежном выражении по согласованию». Тогда же главы стран поручили правительствам подготовить межправительственное соглашение о создании Международного водно-энергетического консорциума.

Однако за прошедшие с того времени годы ситуация коренным образом не изменилась, а страны из-за финансовых вопросов начали нарушать достигнутые соглашения. Усугубило ситуацию и то, что в 2009 году Киргизия приостановила свое участие в Международном фонде спасения Арала (МФСА), который являлся одной из важнейших площадок для решения водных проблем в регионе, а в 2016 году и вовсе заморозила свое членство в организации.

В то же время нельзя сказать, что страны ЦА не пытались изменить сложившуюся ситуацию, опираясь на соглашения 1998 года и в первую очередь в сфере создания ВЭК. Очередная попытка ускорить процесс была предпринята Казахстаном, Киргизией, Таджикистаном и Узбекистаном в июле 2003 года, а через год была одобрена и общая «Концепция создания межгосударственного водно-энергетического консорциума». Однако и после этого до подписания окончательного соглашения о ВЭК дело не дошло. Не смогло помочь решению проблемы даже подключение ООН и различных международных финансовых структур.

Всю серьезность сложившейся ситуации в странах ЦА, конечно, прекрасно понимают. Именно поэтому идея создания консорциума никуда не ушла, а главным инициатором ее продвижения оказался Казахстан. В 2018 году тогдашний казахстанский лидер Нурсултан Назарбаев отмечал, что пришло время «автоматизации системы управления, распределения, учета и мониторинга водных ресурсов бассейна Аральского моря», в том числе и в рамках создания ВЭК. При этом он абсолютно правильно указывал на то, что подобный механизм «обеспечит прозрачность использования воды странами и укрепит взаимодоверие», а потому необходимо делать упор на реализации региональных проектов.

С аналогичными заявлениями в последующем выступили и представители остальных стран ЦА, но дальше разговоров дело снова не пошло. Правда, за последние годы все же удалось усилить двустороннее взаимодействие между Узбекистаном и Казахстаном, а также Узбекистаном и Таджикистаном, в том числе по вопросам совместного финансирования строительства Рогунской ГЭС и двух ГЭС на реке Зеравшан. Кроме того, было принято решение восстановить параллельную работу национальных энергосистем через Объединенную энергетическую систему Центральной Азии.

В сложившейся ситуации Астана попыталась привлечь к решению проблемы даже Евросоюз, призвав Брюссель подключиться к созданию ВЭК, в том числе за счет его финансирования. В нынешнем году новый глава Казахстана Касым-Жомарт Токаев снова напомнил всем о необходимости создания консорциума «с учетом интересов всех стран региона в сферах ирригации, гидроэнергетики и экологии». В этой связи он в очередной раз предложил разработать план работы по внедрению единой автоматизированной системы учета, мониторинга, управления и распределения водных ресурсов в бассейне Аральского моря. Ранее стало известно, что планируются разработка водохозяйственного баланса Сырдарьи и автоматизация межгосударственных гидросооружений.

2023 год, по всей видимости, вполне может стать переломным моментом в создании ВЭК. Это связано в первую очередь с тем, что в последнее время в Центральной Азии наметилось укрепление регионального сотрудничества, открывшее дополнительные возможности для переформатирования взаимоотношений, в том числе по вопросу совместного решения проблем дефицита водных и энергетических ресурсов. В частности, в июле стало известно, что Казахстан включил проработку создания ВЭК в свою Концепцию развития системы управления водными ресурсами на 2023-2029 годы. Тогда же глава казахстанского МИД Мурат Нуртлеу выступил на Азиатском форуме по безопасности и сотрудничеству, где снова предложил создать консорциум для «обеспечения справедливого и рационального распределения водных ресурсов в регионе», что, по мнению Астаны, поможет не только преодолеть недостаток воды, но и «предотвратить возможные конфликты в будущем».

Одновременно активизировались в данном направлении и международные структуры, в первую очередь ЕАБР. Еще в марте на Конференции ООН по водным ресурсам в Нью-Йорке организация представила пять мер, которые могут позволить решить проблемы регулирования водно-энергетического комплекса Центральной Азии. В частности, было предложено провести «конструктивную открытую дискуссию относительно системы общих принципов регулирования ВЭК ЦА с последующим их согласованием». Кроме того, отмечалось, что поиск решений необходимо вести не только в рамках уже созданных институтов, но и сформировать новый механизм координации решений по управлению водными ресурсами и перетокам электроэнергии в регионе. В этой связи ЕАБР предложил создать Международный водно-энергетический консорциум в виде либо полноценной международной организации, либо за счет «создания проектных консорциумов под конкретный инвестиционный проект».

При этом последний вариант видится аналитикам ЕАБР более приемлемым, так как он позволит быстрее строить и более эффективно эксплуатировать крупные гидротехнические проекты. Помимо этого, предлагалось направить больше ресурсов на проведение межгосударственных и межотраслевых научно-исследовательских работ и, в частности, рассмотреть возможность создания Международного исследовательского центра ВЭК ЦА. И все это должно иметь устойчивую структуру общего финансирования и управления, так как без этого решить нынешние проблемы в регионе не удастся. В этой связи, как стало известно уже в ноябре, в ЕАБР сообщили, что готовы в ближайшие три года инвестировать в развитие водно-энергетического комплекса Центральной Азии более $400 млн, в том числе в модернизацию нынешней ирригационной инфраструктуры региона.

Наметившиеся сегодня подвижки в процессе создания ВЭК говорят о том, что страны ЦА при поддержке международных финансовых структур готовы сделать серьезный шаг по пути реализации данной идеи. Кажется, ко всем заинтересованным сторонам пришло осознание необходимости перестать просто обмениваться мнениями и приступить наконец к практической реализации всего того, о чем они говорят уже не одно десятилетие. От этого зависит не только вопрос управления водными ресурсами, но и общая стабильность всего региона.  

Читайте нас в Яндекс.Дзен и Telegram

Рейтинг Ритма Евразии:   1 1
2516
Новости и события
Мы в социальных сетях
Выбор редакции
Документы
Теги
«Заполярный Транссиб» COVID-19 G20 G7 Human Rights Watch OPAL Stratfor SWIFT Wikileaks «35-я береговая батарея» «Saber Strike-2015» «Белая книга» «Евразийская экономическая перспектива» «Жұлдыздар отбасы. Аңыз адам» «Исламское государство» «Меджлис» «Мир без нацизма» «Правый сектор» «Русская школа» «Свобода» «Северный поток-2» «Сила Сибири» «Славянский базар» «Турецкий поток» «Хизб ут-Тахрир» «Южный поток» АБИИ Абхазия Азербайджан Андрей Тарковский АПК Арктика Армения АрМИ АСЕАН Атамбаев АТО АТР АТЭС Афганистан Африка АЭС Байкал Байконур Бандера Белоруссия Бессарабия Ближний Восток Болгария БРИКС Ватикан Ваффен СС Ваффен-СС Великая Отечественная война Великая Победа Великобритания Венгрия ВОЗ Восточное партнёрство ВПК ВТО Вторая мировая война Вьетнам Гагаузия Газпром Галиция Германия ГЛОНАСС Греция Грузия ГУАМ Дальний Восток Демография Дивизия СС «Галичина» ДНР Додон Донбасс Дордой ЕАБР ЕАСТ ЕАЭС ЕБРР Евразия Global ЕврАзЭС Египет ЕС ЕСПЧ ЕЭК ЕЭП Жээнбеков Закарпатье Зеленский ЗСТ ИГИЛ Израиль Индия Индонезия Ирак Иран Ислам Италия Кавказ Казахстан Карабах Каримов Карпатская Русь Каспий Киево-Печерская Лавра Киргизия Китай КНДР Костюшко Красносельский Крым КСОР Куба Курильские острова Кыргызгаз Лавров Латвия Литва ЛНР Лукашенко МАГАТЭ Македония Манас МВФ Медведев Междуморье Мексика Меркель Меркосур миграция Мирзиёев Молдова Монголия Назарбаев НАТО нацизм Николай II Новороссия НОД НПО ОБСЕ Одесса ОДКБ ОИС ООН ОПЕК Организация тюркских государств Оренбург ОТЛК ОУН ОУН–УПА ОЧЭС ОЭС Пакистан ПАСЕ Первая мировая война Польша Порошенко Православие Прибалтика Приднестровье Путин Россельхознадзор Россия РПЦ Румыния русины Русский язык Саргсян Саудовская Аравия Сахалин СБУ Севастополь Сербия Сингапур Сирия Следственный комитет России Словакия СНГ соотечественники Союзное государство СССР США Таджикистан Таиланд Талибан ТАПИ Татарстан Токаев Трамп ТС ТТП Тунис Туркменистан Турция ТЮРКСОЙ Узбекистан Украина УНА–УНСО УПА УПЦ КП УПЦ МП Фашизм Финляндия Франция Центральная Азия ЦРУ Чили Шелковый путь ШОС Шухевич Экология энергетика Эстония Югославия Южная Осетия ЮКОС ЮНЕСКО ЮНИДО ЮТС Япония
Видеоматериалы
все видеоматериалы

* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: Международное религиозное объединение «Нурджулар», Международное религиозное объединение «Таблиги Джамаат», меджлис крымско-татарского народа, Международное общественное объединение «Национал-социалистическое общество» («НСО», «НС»), Международное религиозное объединение «Ат-Такфир Валь-Хиджра», Международное объединение «Кровь и Честь» («Blood and Honour/Combat18», «B&H», «BandH»), Украинская организация «Правый сектор», Украинская организация «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО), Украинская организация «Украинская повстанческая армия» (УПА), Украинская организация «Тризуб им. Степана Бандеры», Украинская организация «Братство»,  Полк  «Азов», «Айдар», Общероссийская политическая партия «ВОЛЯ», «Высший военный Маджлисуль Шура Объединенных сил моджахедов Кавказа», «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана», «База» («Аль-Каида»), «Асбат аль-Ансар», «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»), «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»), «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»), «Партия исламского освобождения» («Хизб ут-Тахрир аль-Ислами»), «Лашкар-И-Тайба», «Исламская группа» («Джамаат-и-Ислами»), «Движение Талибан», «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»), «Общество социальных реформ» («Джамият аль-Ислах аль-Иджтимаи»), «Общество возрождения исламского наследия» («Джамият Ихья ат-Тураз аль-Ислами»), «Дом двух святых» («Аль-Харамейн»), «Джунд аш-Шам» (Войско Великой Сирии), «Исламский джихад – Джамаат моджахедов», «Аль-Каида в странах исламского Магриба», «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), Джебхат ан-Нусра, Международное религиозное объединение «АУМ Синрике», Международное общественное движение ЛГБТ.


При полном или частичном использовании материалов сайта «Ритм Евразии» активная гиперссылка
на главную страницу www.ritmeurasia.ru приветствуется.

Точка зрения редакции может не совпадать с мнением авторов.

Яндекс.Метрика