Глава МИД России обвинил Запад в «прямом и беспрецедентном» вмешательстве в нынешнюю избирательную кампанию. Выступая на Международном фестивале молодёжи в Екатеринбурге, Сергей Лавров заявил, что Запад предпринимает прямые попытки вмешаться в избирательный процесс в России. Он отметил, что Москва наблюдает особенно сильные попытки Запада повлиять на волеизъявление российских граждан как внутри страны, так и за рубежом и охарактеризовал нынешнюю кампанию как голосование в условиях «объявленной Западом войны».
Такая формулировка фактически расширяет прежние заявления российского внешнеполитического ведомства: речь идёт не только о традиционных обвинениях в адрес западных медиа и НКО, но и о более широком наборе инструментов влияния, которые, как считают в Москве, применяются в отношении российских избирателей.
Глава МИД недаром связал попытки вмешательства в российские электоральные процессы с общим курсом Запада в отношении России. Западные страны стремятся нанести Москве стратегическое поражение, а поскольку добиться этого не удается, переходят к сценарию дестабилизации внутренней ситуации. Именно в этой логике, как считает С. Лавров, и следует рассматривать повышенное внимание к российским выборам.
Отдельно министр остановился на деятельности организаций, созданных, по его словам, бывшими гражданами России, которые покинули страну и обосновались на Западе. Он утверждал, что такие структуры продвигают идеи так называемой деколонизации России, под которой, по его оценке, подразумевается расчленение страны. С. Лавров назвал этот проект давним и несостоявшимся, подчеркнув, что подобные инициативы не пользуются поддержкой внутри России.
По мнению главы дипломатического ведомства, внешнее воздействие направлено на наиболее чувствительные для граждан темы. Люди приходят на выборы, чтобы выразить отношение к своему будущему, к перспективам улучшения социально-экономической ситуации и к вопросам безопасности. Именно по этим направлениям, как считает С. Лавров, Запад и пытается наносить удары, рассчитывая на рост недовольства и снижение доверия к институтам власти.
Такая аргументация укладывается в логику российского руководства: электоральные кампании рассматриваются не только как внутреннее дело, но и как часть более широкого противостояния с Западом, где голосование становится одной из мишеней.
В связи с этим, С. Лавров напомнил, что выборы в Государственную Думу проходят в условиях, которые Москва характеризует как объявленную Западом войну. Западные страны ведут эту линию чужими руками, используя в том числе украинские силы. В такой трактовке избирательный процесс оказывается неотделим от внешнеполитической конфронтации, а любые попытки влияния на него логично рассматриваются как часть единой стратегии давления.
Заявления главы российского МИД выполняют несколько задач одновременно. Во-первых, они формируют у российской аудитории представление о выборах как о событии, которое подвергается внешнему давлению и потому требует особой бдительности. Во-вторых, они адресованы международной аудитории: Москва заранее обозначает, что не признает легитимность внешних оценок электоральных процедур со стороны самозваных «наблюдателей». И в-третьих, они встраивают выборы в общую картину противостояния с Западом, где любые внутренние трудности объясняются действиями внешних сил.
Таким образом, фактически обозначена официальная рамка восприятия предстоящих выборов: Запад пытается напрямую влиять на волеизъявление россиян, используя как зарубежные, так и внутренние каналы, а цель этих усилий – стратегическое поражение России или её дестабилизация. В этой логике выборы перестают быть сугубо внутренним делом и становятся ещё одним фронтом противостояния, что заранее задаёт тон и официальной риторике, и возможным спорам о легитимности результатов.
Со своей стороны, Служба внешней разведки России ранее заявила, что Евросоюз планирует организовать провокации на избирательных участках и вместе с Украиной готовит кибератаки на российскую электоральную инфраструктуру. А глава комиссии Госдумы по расследованию иностранного вмешательства Василий Пискарёв обвинил «экстремистские» группы в вынашивании планов провести «фальшивые экзитполы» у российских посольств за рубежом.
В. Пискарёв утверждает, что западные непрофильные организации «активно пытаются дестабилизировать Россию», и называет в их числе американский Human Rights Foundation, который готовит «провокаторов» для использования в период выборов. Пискарёв также сообщил, что Генпрокуратура России поддержала предложение признать этот фонд «нежелательной организацией».
Ещё одно обвинение касается информационного фронта. В. Пискарёв заявил, что СМИ из «более чем десяти недружественных стран» ведут скоординированную кампанию по «очернению российских выборов», распространяя «однотипные ложные тезисы». Цель – заранее подготовить почву для того, чтобы западные официальные лица после закрытия участков отказались признать результаты голосования. Представители Европарламента и институтов Совета Европы открыто консультируются с так называемой «зарубежной российской оппозицией», собирая материалы о «нелегитимности» выборов и готовя почву для нового пакета санкций.
На дипломатическом фронте столь же жёстко высказалась и официальный представитель МИД России Мария Захарова. Она заявила, что Россия «полностью готова» к возможным западным провокациям в период выборов, и предупредила, что Москва знает, что «противник тоже готов, и, возможно, даже более изощрённо». М. Захарова отдельно упомянула попытки Украины помешать голосованию за рубежом, отметив, что Киеву «не удалось остановить» голосование, но он «в бессильной ярости всё ещё пытается создавать помехи».
Обоснованность обвинений, выдвинутых С. Лавровым, подтверждают последние действия евродемократов. Буквально за день до выступления главы российской дипломатии Европарламент большинством голосов – 420 за, 220 – против, 26 воздержались – принял доклад о «Европейском демократическом щите». Этот документ представляет собой почти зеркальный нарратив: Россия прямо названа «главной угрозой демократической целостности Европы». В докладе депутаты ЕП подробно перечисляют мнимые российские «гибридные атаки»: кибератаки на критическую инфраструктуру, физический саботаж, поджоги, шпионаж и глушение сигналов. Отмечается, что деятельность Белоруссии, Китая, Ирана и КНДР также связывается с подобными действиями.
Европарламент призывает расширить санкции, включив в них финансовые и технологические посреднические структуры, которые «содействуют России в проведении кампаний дезинформации, кибератак и вмешательства в выборы», включая криптовалютные платформы, рекламные сети и хостинг-провайдеры. Евродепутаты также предлагают отнести избирательную инфраструктуру к категории «критической» и ввести принцип «знай своего донора» для криптовалютных политических пожертвований. Докладчик шведский депутат Европарламента Томас Тобе после голосования заявил: «Российские боты – это не свобода слова. Иностранное вмешательство – это не свобода слова. Манипулирование нашими выборами – абсолютно точно не свобода слова».
Все «обвинения во «вмешательстве» Москвы, как и «щит» Брюсселя, на самом деле адресованы не столько во вне, сколько собственной внутренней аудитории. Для Евросоюза определение России как «главной угрозы демократии» даёт наиболее весомое обоснование для укрепления внутренней координации, расширения санкционного инструментария и продвижения интеграции в сфере цифрового регулирования. Но нам от этого, как говорится, не легче.
* * *
Выборы ещё не начались, но война нарративов вокруг них уже идёт полным ходом. И в этой войне истина и правда зачастую становятся первыми жертвами: западная сторона использует «документальные свидетельства вмешательства» противника как сноски для собственных обвинений, но при этом предпочитает не замечать один принципиальный вопрос – кто в этом цикле взаимных обвинений на самом деле вмешивается в чьи дела и кто вообще вправе определять, что считать «вмешательством»? Тем более что у нарратива о «вмешательстве» есть богатый «зеркальный» материал в избирательной истории самих западных стран. «Обвинять противника в том, что делаешь сам» – в этом заключается главный прием Запада при вмешательстве в российские выборы.
