Комитет национальной безопасности Казахстана в г. Атырау на западе страны задержал десять человек. За сухим пресс-релизом стоит история того, как деструктивные течения закрепились в регионе, и того, как общество от них устало.
30 октября в Атырау на западе Казахстана Комитет национальной безопасности задержал десять человек по подозрению в создании, руководстве и участии в деятельности экстремистской группы, а также в пропаганде терроризма и разжигании религиозной розни.
Пресс-служба КНБ дала минимум информации, сославшись на статью Уголовно-процессуального кодекса о недопустимости разглашения данных досудебного расследования. Официально известно, что, по версии следствия, члены преступной группы собирались насильственным путём изменить основы конституционного строя в западном регионе страны.
В ходе обысков у задержанных изъяты крупные суммы денег, огнестрельное оружие, наркотики, религиозная атрибутика и литература. Пресечена деятельность трёх созданных группировкой подпольных учебных центров для детей и подростков. Ряд членов группировки ранее был судим за террористические и общеуголовные преступления.
На фотографиях, распространённых пресс-службой КНБ, запечатлены моменты задержания нескольких мужчин: густые тёмные бороды и длинные рубахи арабского покроя создают специфический образ.
Реисламизация и её попутчики
О том, что в Казахстане «пустили корни» представители нетрадиционного ислама, известно давно. Существовавший до 2011 года либеральный закон «О свободе вероисповедания и религиозных объединениях» и бесконтрольное обучение молодёжи в зарубежных религиозных учебных заведениях создали благоприятную почву для распространения деструктивных религиозных течений. Кроме того, объективными причинами роста популярности нетрадиционных исламских течений стали реисламизация региона, начавшаяся со сменой общественной формации и новой парадигмы развития, а также связанные с этим социальные проблемы – всё это наложилось на идеологический вакуум начала 90-х годов XX века.
Этот вакуум заполняли различные религиозные идеи и концепты. Наиболее приспособленными и адаптивными оказались деструктивные течения ислама. Этому способствовали историческая близость ислама для народов региона и довольно легкомысленная политика государства в отношении религиозных миссий. Официальные религиозные организации, такие как Духовное управление мусульман Казахстана, оказались неспособными противостоять влиятельным глобальным силам. По какой-то причине все забыли, что религиозные организации, несмотря на декларируемую независимость, задействованы в механизме, связанном с внешнеполитической деятельностью государств, то есть являются инструментами реализации геостратегических интересов.
Хроника терактов: 2011–2016
Характерно, что наибольшее распространение деструктивные религиозные течения получили на западе страны. По мнению экспертов, это обусловлено рядом причин: приграничным расположением региона, развитой трудовой миграцией, его ресурсным и логистическим потенциалом, суровыми условиями жизни. Всё это делает запад Казахстана регионом очень специфичным в социально-политическом плане: политические процессы здесь протекают бурно – Новоузеньские события 1989 года, Жанаозенские события 2011-го и наконец Кантар 2022 года, начавшийся также в Мангистауской области.
Первые теракты с участием представителей радикального ислама произошли в 2011 году: взрыв у здания департамента КНБ в Актобе и последовавшая за этим спецоперация, в ходе которой погибли двое полицейских и девять террористов. Затем последовали взрывы в Атырау, ответственность за которые взяла на себя группировка «Солдаты халифата», а также ЧП в Таразе, где проповедовавший джихадизм гражданин Казахстана расстрелял семерых человек. В том же году в посёлке Боролдай под Алматы была ликвидирована террористическая группа из пяти человек, при ликвидации погибли двое бойцов спецподразделения «Арыстан».
В 2012 году произошло убийство двенадцати человек в Иле-Алатауском национальном парке, затем новые взрывы в Атырау и две спецоперации, в ходе которых были убиты девять террористов.
После этого на четыре года наступило затишье, прервавшееся в 2016 году терактом в Актобе: погибли четыре гражданских, трое военных и восемнадцать боевиков. Летом того же года в Карагандинской области в ходе спецоперации были задержаны восемь человек, ещё один совершил самоподрыв при задержании. Позже выяснилось, что все преступники были приверженцами салафизма – ультраконсервативного движения в суннитском исламе, сторонники которого выступают за «очищение ислама от чуждых примесей», считая таковыми культурные особенности мусульманских народов.
Усталость от публичной религиозности и запрос на порядок
Последние задержания в Атырау высветили не только само подполье, но и то, насколько глубоко криминал сросся с религиозным экстремизмом – часть задержанных была ранее судима за террористические и общеуголовные преступления, у них изъяты деньги, оружие и наркотики. Это уже не «заблудшие души», а устойчивая сеть, где идеология служит прикрытием и инструментом для вполне земных целей. Тот факт, что группировка содержала подпольные учебные центры для детей и подростков, показывает: «спящее подполье» не просто существует – оно действует, вербует и воспроизводит себя.
Именно поэтому государство сегодня комбинирует методы: силовые операции КНБ, идеологическую работу с обществом, контроль над религиозным образованием и попытки выстроить модель «светское государство плюс постсекулярное общество». Задержания в Атырау – звено этой цепочки: сигнал и подполью, и обществу, что контроль будет ужесточаться.
Общество, похоже, этот сигнал слышит. Череда трагических событий 2011–2016 годов привела к острому восприятию религиозных проявлений. Совсем недавно в соцсетях широко обсуждались свадебные торжества, где один из гостей предлагал рассадить женщин отдельно и отказаться от музыки как от «не богоугодной». Раздражение вызывают покрытые религиозными одеяниями женщины («светские» дамы в приватных разговорах называют их «матрёшками») и попытки религиозных неофитов указывать окружающим на ошибки. Раздражают и заставленные машинами подъезды к мечетям во время праздников и пятничных намазов. До недавнего времени конфликты нередко возникали между учителями и родителями с ортодоксальными взглядами, отправляющими детей в школу в религиозных одеяниях.
На этом фоне каждая новость о задержании «бородатых» вызывает искреннюю поддержку действий властей у значительной части общества – редкий случай для Казахстана. Не исключено, что маятник восприятия религии качнулся в обратную сторону, и в части общества формируется запрос на умеренную секуляризацию – процесс, предполагающий не только отделение государства от религии, но и ограничение её роли в общественной и культурной жизни.
Задержания в Атырау этот запрос только усиливают: общество устало не от веры как таковой, а от публичной религиозности, навязываемой извне – и всё чаще готово поддержать силовые методы государства как ответ на эту усталость.
