История более чем 30 лет независимости Республики Молдова – это не только история поиска своего места между Востоком и Западом, попыток модернизации, реформ и интеграционных проектов. Это также история хронического кризиса политической элиты, которая за три десятилетия так и не смогла предложить молдавскому обществу устойчивую модель развития государства, не отягощенную геополитикой, идеологическими догмами и переписыванием истории страны.
С момента провозглашения независимости в 1991 году в стране неоднократно менялись власти, политические партии, коалиции и лидеры. Однако смена политических вывесок далеко не всегда означала изменение принципов управления. Практически все политические силы приходили к власти с обещаниями обновления, борьбы с коррупцией, восстановления справедливости и улучшения уровня жизни, но на самом деле просто воспроизводили те же практики, которые критиковали у своих предшественников.
В результате значительная часть молдавского общества стала воспринимать политический процесс не как конкуренцию идей и программ, а как постоянную борьбу различных групп влияния за контроль над государственными ресурсами. Это стало одной из главных проблем молдавской политики: персоналии менялись чаще, чем подходы к управлению страной.
Кризис элит как системная проблема
За годы независимости Молдова пережила периоды доминирования разных политических проектов – аграриев, коммунистов, либеральных и демократических сил, проевропейских партий. При этом каждая смена власти сопровождалась обещанием открыть «новую страницу». Но многие фундаментальные проблемы – слабость институтов, зависимость экономики от внешних факторов, миграция населения, недоверие граждан к государству – оставались нерешёнными.
Проблема тут заключается не только в ошибках отдельных политиков. Гораздо глубже оказался кризис самого механизма формирования элиты. Политические партии в Молдове часто создавались не как устойчивые идеологические организации с развитой структурой, внутренней демократией и подготовкой кадров, а как проекты вокруг конкретных лидеров. Более того, со временем они стали все больше напоминать коммерческие организации, главной задачей которых стала монетизация находящейся в их руках власти в пользу лидера той или иной партии и его ближайшего окружения.
Это привело к тому, что уход одного политика нередко означал кризис всей партии. Вместо долгосрочного планирования внутренней и внешней политики государство регулярно сталкивалось с короткими политическими циклами, где главной целью становилась победа на следующих выборах, а не реализация стратегии развития страны на десятилетия вперед.
Особенно наглядно это проявилось в период правления президента Майи Санду (впервые вступила в должность президента в декабре 2020 года, в 2024 году была переизбрана) и возглавляемой ею партии «Действие и солидарность» (PAS) (пришла к власти в июле 2021 года, на парламентских выборах 2025 года вновь получила парламентское большинство), ядро которой было сформировано из сотрудников многочисленных НПО, открытых в Молдове под эгидой Фонда Сороса*. По мнению молдавского социолога и политолога Яна Лисневского, «в Молдове в элиту попали люди с самым низким уровнем образования, в то время как наше общество находится далеко впереди них. Элита не только не поспевает за обществом, но и тормозит его».
Сам характер формирования этой политической партии не оставляет сомнения в том, что она представляет собой форму внешнего управления Молдовой, которое в реальности осуществляют чиновники ЕС, а также руководство соседней Румынии.
Это подтверждает и то, что мысль о вхождении Молдовы в состав Румынии занимает голову М. Санду, неоднократно повторявшей этот тезис, гораздо сильнее, чем ситуация внутри самой Молдовы, которая откровенно деградирует по разным фронтам. В управлении страной практически отсутствуют стратегическое государственное планирование, институциональная преемственность, инвестиции в человеческий капитал, создание национальных центров силы, что в итоге сводит Республику Молдова к типичной модели периферийного государства.
Оппозиция как часть существующей системы
Отдельный вопрос – роль политической оппозиции в этой схеме существования государства. Общеизвестно, что в демократической системе именно оппозиция должна выполнять функцию контроля власти, предлагать альтернативные решения и готовить новые управленческие команды.
Однако молдавская оппозиционная политика вместо этого состоит в предъявлении власти различных обвинений и зарабатывании политического капитала на критике властных структур. Вместо активного формирования новой политической повестки практически все оппозиционные партии выбирают осторожную тактику сохранения своих позиций и предпочитают «сидеть на берегу реки, ожидая пока по ней проплывет политический труп оппонента».
Такой подход, по сути, является не чем иным, как политикой выживания. Оппозиционные силы концентрируются на сохранении электорального ядра, присутствии в парламенте или местной власти, но редко предлагают обществу комплексную альтернативу существующей модели управления. Даже в периоды острой критики власти оппозиция зачастую действует реактивно: отвечает на решения правительства, комментирует инициативы правящего большинства, участвует в информационных конфликтах. Но она значительно реже выступает инициатором собственной долгосрочной программы преобразований. Политическая борьба превращается в спор вокруг действий власти, а не в соревнование разных вариантов будущего страны.
Недостаток идей и избыток геополитики
Одна из главных особенностей молдавской политики последних десятилетий – доминирование геополитического фактора. Споры о внешнем направлении развития страны часто вытесняли обсуждение внутренних реформ. Вопросы отношений с Европейским союзом, Россией, Румынией или другими внешними партнёрами становились главными маркерами политической идентичности партий. В результате избирателям предлагался выбор не столько между экономическими или социальными моделями, сколько между геополитическими ориентациями.
При этом за громкими внешнеполитическими лозунгами нередко терялись конкретные ответы на внутренние вопросы: каким образом создавать рабочие места, возвращать уехавших из страны граждан, реформировать образование и здравоохранение, развивать промышленность, модернизировать сельское хозяйство.
Геополитика стала удобным инструментом мобилизации сторонников, поскольку она апеллирует к эмоциям и вопросам идентичности. Но сама по себе внешнеполитическая ориентация не является полноценной программой развития государства.
Страна может иметь союзников, международные соглашения и внешнюю поддержку, но качество жизни граждан определяется прежде всего эффективностью институтов, состоянием экономики и способностью власти принимать профессиональные решения. К сожалению, представители политического класса Молдовы этого или не понимают, или просто не желают этим заниматься.
Наверное, именно этим и объясняется резкое падение Молдовы в Elite Quality Index (индекс качества элит), который в мае 2026 года представил университет Санкт-Галлена (Швейцария). Этот индекс измеряет не уровень жизни и не экономический рост, а модель правящего в стране класса на основе 72 конкретных показателей, сгруппированных в четыре параметра: экономическая власть, экономическая ценность, политическая власть и политическая ценность. Ключевой вопрос индекса: одни элиты увеличивают «общий пирог» для всех, другие увеличивают свой кусок за счет остальных. Молдавия заняла 75-е место из 151 страны, между Колумбией и Того. Следует отметить, что еще в 2023 году республика была на 48-м месте.
Ян Лисневский, комментируя результаты этого индекса, заявил, что «резкое падение Республики Молдова в Elite Quality Index означает деградацию самой архитектуры молдавского государства и отсутствие полноценных национальных элит как стратегического класса».
Почему оппозиция не становится альтернативой
Главная слабость значительной части молдавской оппозиции заключается в том, что критика власти редко сопровождается созданием убедительного образа будущего. А ведь избирателю недостаточно услышать, что нынешний курс неправильный. Он должен понимать, какой курс предлагается взамен: какая будет экономическая политика, налоговая система, социальная модель, энергетическая стратегия, внешняя политика. Без этого любая оппозиция рискует оставаться лишь зеркальным отражением власти – структурой, которая ждёт ошибки правящей партии, но не формирует собственную повестку.
Настоящая политическая конкуренция возникает тогда, когда общество выбирает между разными проектами развития, а не только между разными политическими командами, но этот выбор, альтернативу политике власти оппозиция не желает продемонстрировать.
* * *
Сегодня главный вызов для Молдовы заключается не только в смене власти или обновлении партийных названий. Более важный вопрос – появление нового качества политического управления. Стране необходимы политические силы, которые способны выйти за пределы привычных конфликтов и предложить долгосрочную стратегию развития: экономическую, демографическую, технологическую и институциональную.
Без этого каждая новая власть рискует повторять путь предыдущей, каждая новая оппозиция – ждать своей очереди занять место тех, кто сегодня, а страна в целом – продолжить «бег по кругу».
_____________________________
Рис: А. Горбаруков
