С советских времен Международный женский день 8 марта тесно примыкал к 23 февраля, связанному с рождением Красной армии и считавшемуся мужским праздником. Но ведь на защиту Отечества вставали не только мужчины, но и женщины. Однако если о героинях Великой Отечественной войны – партизанской разведчице Зое Космодемьянской, снайпере Людмиле Павличенко, пулеметчице Маншук Маметовой и их боевых подругах знают многие, то об участницах Первой мировой войны сведения крайне скудные.
Тем более что в те времена женщинам, желавшим стать в боевой строй, чаще всего приходилось скрываться под мужским обличием. Исключение составляли разве что сестры милосердия.
Из Высочайшего рескрипта Николая II, датированного 7 января 1916 г.: «…она, состоя при 105-м пехотном Оренбургском полку, все время перевязывала раненых под страшным огнем неприятеля, а затем, узнав, что командир и офицеры 1-й роты сего полка убиты, собрала к себе солдат, бросилась с ними на неприятельский окоп и взяла его, но тут же, получив смертельную рану, скончалась, запечатлев своею смертью беспримерный для женщин боевой подвиг».
Рескрипт поведал о подвиге, совершенном двадцатилетней сестрой милосердия Риммой Ивановой. Римма Михайловна – уроженка Ставрополя, дочь служащего местной консистории. Окончила там же гимназию, немного учительствовала в сельской школе. С началом боевых действий девушка окончила курсы милосердия и добровольно ушла на фронт. «В воздаяние подвигов, мужества и храбрости, оказанных сестрой милосердия Риммой Ивановой», она была посмертно награждена офицерским орденом св. Георгия 4-й ст.
Некоторое время командование сознательно не придавало огласке героический поступок Ивановой, поскольку медперсонал по нормам международного права не должен был брать в руки оружие. Общественность узнала о подвиге лишь после того, как германские газеты опубликовали протест председателя кайзеровского Красного Креста, заявившего, что, согласно конвенции о нейтралитете медицинского персонала, сестрам милосердия «не подобает совершать воинские подвиги». На эту публикацию обратили внимание русские журналисты, после чего история о совершенном «героиней долга», – а Римма Иванова за время пребывания на фронте вынесла с поля боя около 600 раненых – стала широко известна.
К слову, отец девушки Михаил Павлович счел необходимым сразу заявить в печати, что дочь отправилась на фронт «не ради наград, не ради почестей родительских, но ради токмо родного народу». Прах Риммы был доставлен в специальном вагоне на ее родину в Ставрополь, где его захоронили в ограде кафедрального собора при огромном стечении народа.
Это, насколько известно, единственный случай в истории отечественной армии, когда женщина была награждена офицерским орденом св. Георгия. Награждений же солдатским Георгиевским крестом было больше.
Едва ли не самый яркий пример – Мария Леонтьевна Бочкарева, также героиня Первой мировой, Георгиевский кавалер, командир 1-го женского добровольческого ударного батальона смерти, известного широкой публике защитой Зимнего дворца в октябре 1917 г. В мае 1920 г. Омским ГубЧК приговорена к расстрелу, реабилитирована в 1992 г.
М.Л. Бочкарева, 1918 г.
Всего установлены имена по меньшей мере десяти женщин, ставших георгиевскими кавалерами в 1914-1918 гг. Наверняка этим список героинь не исчерпывается, но поиск затруднен потому, что многие женщины, стремясь во что бы то ни стало попасть в ряды воюющих, вынуждены были, как сказано выше, скрываться под мужскими именами и обличьем.
Е.К. Цебржинская участвовала в боях в составе 186-го Асландузского пехотного полка как фельдшер Цетнерский. Оказывала помощь раненым, не раз добровольно ходила в разведку. В бою 4 ноября 1914 г. была ранена, но обратилась за помощью лишь после того, как вытащила с поля боя раненого же командира роты. При перевязке ее святая ложь обнаружилась, поэтому после излечения Елена Цебржинская продолжала службу уже как фельдшерица в 3-м Кавказском передовом отряде Красного Креста. А за тот подвиг она удостоилась Георгиевского креста 4-й ст.
Такую же награду получили: сестра милосердия 3.Ф. Смирнова, воевавшая как унтер-офицер Евгений Макаров; О. Шидловская – официально старший унтер-офицер гусарского полка Олег Шидловский; дочь уральского казака Н. Комарова, скрывавшая свой женский облик под формой рядового кавалериста, и другие героини.
Вот еще один сохранившийся в фондах Российского государственного военно-исторического архива приказ генерала А.А. Брусилова, датированный ноябрем 1915 г.:
«На основании Высочайше предоставленной мне власти, нижепоименованных нижних чинов за проявленные ими подвиги мужества и храбрости в бою с неприятелем награждаю Георгиевскими крестами и медалями...
1. Рядов. Иосиф Глушенко, он же Евдокия Карповна Чернявская.
2 сент. 1915 г. у м. Деражно, будучи разведчиком, с явной личной опасностью проникнув в расположение неприятеля, доставила ценные сведения о его расположении...
151. Антон Тихонов Пальшин
(он же Антонина Тихоновна Пальшина).
За проявленные в сентябрьских боях подвиги и храбрости...»
Расшифруем эту последнюю фразу. Антонине Пальшиной было 17 лет, когда началась война. Уже через месяц она под видом юноши-добровольца вступила в кавалерийский полк и приняла участие в боях против турок. В лазарете города Карса, куда девушка попала по ранению, ее секрет раскрылся. Тогда она возвращается в родной Сарапул, поступает на курсы сестер милосердия. В апреле 1915 г. направлена на Юго-Западный фронт, но работа в лазарете тяготила, «неудержимо тянуло на передовую линию», как писала сама Антонина Тихоновна много лет спустя.
Воспользовалась удобным случаем, она в обмундировании умершего солдата присоединилась к обозу, двигавшемуся на передовую. Зачисленная в состав боевой части под уже привычным именем Антона Пальшина, девушка «бывала в разведке за языком в тыл противника, с донесением в штаб полка, в сторожевое охранение... была два раза ранена и один раз контужена. За боевые заслуги награждалась 4 раза... а Георгиевский крест 3-й степени приколол сам генерал Брусилов в прифронтовом госпитале и велел отдать приказ по полку произвести в младшие унтер-офицеры» (из автобиографии).
А.Т. Пальшина
Наша современница (Антонина Тихоновна умерла в 1992 г., прожив 95 лет), она разделила со своим народом все бедствия, обрушившиеся на него в XX веке. Только серьезная болезнь воспрепятствовала ее вступлению в ряды Красной армии в 1941 г., но в стороне от помощи фронту она никогда не стояла. Не женский воз тянула: работала в колхозе, на лесоразработках, скромные сбережения сдавала в Фонд обороны. На войне потеряла мужа.
Так жили, так воевали за Отечество женщины России…
