В XXI веке военные союзы претерпели значительные изменения, уйдя от жёсткой блоковой дисциплины в сторону более гибких форм сотрудничества, сообщает журнал «Россия в глобальной политике».
НАТО остаётся единственным примером альянса с доминирующим государством-гегемоном, однако даже в нём наблюдаются признаки расстыковки из-за смены приоритетов США. Европейский союз, не сумев стать самостоятельным геополитическим игроком, пытается обрести субъектность через военно-идеологическую консолидацию на основе образа России как угрозы.
На постсоветском пространстве существуют менее иерархичные структуры — СНГ, ОДКБ и ЕАЭС, которые выполняют скорее координирующие и экономические функции, чем жёсткие союзные обязательства. Крупные незападные державы, такие как Китай, Россия и Индия, предпочитают стратегическое партнёрство без жёстких блоковых рамок, сохраняя гибкость во внешней политике.
Особое место занимает российско-белорусский союз, который представляет собой уникальный пример глубокой интеграции. В рамках Союзного государства сформировалось общее оборонное пространство, где безопасность обеих стран взаимосвязана. Это партнёрство включает ядерный аспект: Россия разместила на территории Беларуси нестратегическое ядерное оружие, контроль над которым сохраняет Москва, а Минск участвует в планировании и подготовке. Данный шаг стал ответом на расширение НАТО и размещение американского ядерного оружия в Европе.
Союз России и Беларуси основан не только на договорах, но и на исторической, культурной и экономической близости. Беларусь, сохраняя суверенитет, рассматривает союз с Россией как гарантию своей безопасности и развития, что особенно важно в условиях обострения противостояния с Западом. Этот альянс демонстрирует, что современные военные союзы могут сочетать гибкость с глубокой интеграцией, адаптируясь к вызовам динамичной геополитической среды.
