Союз государств Центральной Азии: далекая мечта или близкие перспективы? - Ритм Евразии
Информационно-аналитическое издание, посвященное актуальным проблемам интеграции на постсоветском пространстве
Сегодня: 13.06.2024 |

Союз государств Центральной Азии: далекая мечта или близкие перспективы?

Часть I

Продолжаем рассказ о международной конференции «Образ будущего стран ЦА в меняющемся мире 2024: глобальные угрозы и вызовы. Союзники и противники в решении экономических и гуманитарных проблем», организованной Центром экспертных инициатив «Ой Ордо» (Бишкек) в партнерстве с информационно-аналитическим порталом «Восточный Экспресс 24».

Размытый образ будущего

В списке угроз и вызовов, которые стоят сегодня перед странами ЦА, не последнее место занимают финансируемые иностранными государствами НПО и международные организации, уверена директор ОФ «Институт развития общественных отношений стран ЦА» Калдан Эрназарова. По ее словам, в четырех из пяти стран ЦА международные структуры и финансируемые ими местные неправительственные организации ведут активную деятельность, при этом многие из них занимаются не столько решением социальных вопросов, сколько являются инструментами вмешательства иностранных государств во внутренние дела наших стран. «Они пытаются влиять на экономическую повестку и внутреннюю политику государств и в определенной мере влияют на внешнеполитическую деятельность. Например, вводя в общественный дискурс русофобскую, синофобскую, националистическую повестку. Или создавая почву для конфликтов между соседними государствами по той же водной тематике, когда странам верховья они внушают идею, что воду нужно продавать, а в странах низовья озвучивают противоположные тезисы».   

Кроме того, НПО продвигают нетрадиционные для населения ЦА ценности, влияют на мировоззрение граждан, прежде всего, молодежи путем подмены понятий и переписывания истории. В итоге их усилия ведут к тому, что в странах региона происходит разгосударствление. Т. е., по сути, под лозунгами продвижения демократии, обеспечения прав и свобод граждан, соблюдения свободы слова и т. д. в общественно-политическое пространство как каждой из стран, так и всего региона неправительственными организациями вносится дестабилизирующий компонент.

«Поэтому этот фактор также требует пристального внимания со стороны стран ЦА. Особенно, если учесть, что тот же Фонд Сороса*, как пишут средства массовой информации, оказывает значительную финансовую поддержку террористическим группировкам, а ЮСАИД* выделяет средства на строительство канала Куштепа в Афганистане. При этом они не провели ни одной консультации со странами нашего региона, хотя запуск водоканала в первую очередь негативно скажется именно на Узбекистане и Туркменистане. И это только два примера, которые показывают, какие на самом деле цели и задачи в ЦА имеют международные структуры», – отметила эксперт.

Решать этот вопрос, по словам К. Эрназаровой, нужно совместными усилиями, потому что, заходя даже в одну из стран ЦА, западные фонды и неправительственные структуры через сеть НПО в других странах реализуют программы, охватывающие весь регион, а не только ту страну, где у них есть официальное представительство.

Говоря об образе будущего ЦА, эксперт по гуманитарным вопросам, экс-замминистра образования КР Умутхан Тыналиева обратила внимание на вопрос языковой политики в странах региона, подчеркнув, что каждое государство выстраивает свою языковую политику, исходя из исторических особенностей и с ориентацией на будущее. В Кыргызстане русский язык имеет статус официального, в Казахстане, Узбекистане и Таджикистане является языком межнационального общения, а в Туркменистане находится на грани исчезновения.

«На общем фоне стран ЦА развитие русского языка в нашей республике выглядит вполне оптимистично, но, к сожалению, имеет место конъюнктурный популизм некоторых представителей политической верхушки. Время от времени звучат высказывания некоторых политиков о необходимости ограничения использования русского языка в общественной жизни страны. Эти выводы они обосновывают тем, чтобы использование русского языка якобы тормозит развитие государственного языка республики. Да, государственный язык надо развивать, но не путем ограничения или вытеснения других языков, полиязычная страна – это страна с будущим, моноязычная – нет. Более того, русский язык в ЦА – это основа межнационального взаимодействия и взаимного сотрудничества», – отметила эксперт.

Именно этот фактор, по ее словам, мотивирует западных игроков вмешиваться в языковые процессы, разыгрывать политические ситуации, при этом используя как местных политиков, так и некоторые неправительственные организации.

Есть ли шансы у Центральноазиатского союза?

Вместе с независимостью каждое из новообразованных постсоветских государств получило право определять собственные национальные интересы, развивать свою экономику, распоряжаться ресурсами, выстраивать свою внутреннюю и внешнюю политику, т. е. де-юре они обрели субъектность в мировой политике. Де-факто республики ЦА продолжают оставаться объектами крупных геополитических игроков, изменить ситуацию помогло бы объединение центральноазиатских государств. Однако четкие перспективы этого процесса пока не просматриваются. 

Как отметил политолог Кубан Таабалдиев, интеграция центральноазиатских государств – это очень важный процесс, который им рано или поздно предстоит пройти и таким образом добиться объединения всего региона. Спикер отметил: «Это, конечно, пока еще далекая мечта, в ближайшее время объединение вряд ли произойдет, поскольку каждая из пяти стран видит развитие нашего региона по-своему. У каждой республики свои интересы, цели, намерения и, главное, возможности. Т. е. нам нужно учитывать уровень развития самих государств, потому что объединение произойдет безболезненно только в том случае, когда этот уровень будет высоким. Тогда все стороны будут заинтересованы найти точки сопряжения позиций и объединения региона, чтобы он перестал быть объектом, а стал субъектом, представляющим региональные интересы на международном политическом пространстве». 

Директор Центра исследовательских инициатив «Ma'no» (Узбекистан) Бахтиер Эргашев уверен, что Центральная Азия как союз пяти стран до сих пор даже в минимальной степени не является самостоятельным субъектом: «Это мое личное мнение, с которым кто-то может не согласиться. Но нам пока еще далеко до того, чтобы говорить о себе, как о субъекте, который готов выходить на международную арену со своей собственной позицией и стратегией. У нас нет даже концептуального документа, в котором были бы обозначены общие интересы стран региона, т.к. пока преобладают национальные интересы. Поэтому странам ЦА далеко до реальной интеграции в ее классическом смысле. Мы сейчас находимся на том этапе процесса, формально начавшегося в 2018 году с первой астанинской встречи глав государств ЦА, который можно охарактеризовать, как прохождение первых шагов по налаживанию партнерства и связей внутри региона. Потому что ранее мы даже их потеряли».

По словам эксперта, неформальные саммиты – консультативные встречи глав государств ЦА – это уже большая удача: «Хорошо, что хотя бы раз в год удается всех собрать, обсудить и наметить какие-то направления. Поэтому, я думаю, не нужно забегать вперед. Мы еще не наелись независимости и суверенитета. И только когда мы переболеем этой детской болезнью, когда поймем, что часть суверенитета можно передавать на наднациональный уровень, тогда мы пойдем дальше по пути интеграции. Но пока мы до этого не доросли». 

Несколько иную точку зрения высказал советник министра обороны КР Мурат Бейшенов. Он отметил, что региональная интеграция в Центральной Азии есть, просто она идет очень медленно, потому что упирается в национальные интересы. «Но если их не замалчивать, а решать на двустороннем уровне, то они не будут препятствовать процессу объединения, - считает спикер. – Например, нужно решить вопросы границ, в противном случае нам будет сложнее говорить о решении других задач. А сейчас не та ситуация, когда можно ждать и раздумывать, на это нет времени – в мире высочайший уровень напряженности».  

Мысль о том, что решение приграничных споров и взаимных территориальных претензий является на сегодня приоритетной задачей, поддержал эксперт по международным отношениям Байкадам Курамаев: «Последние несколько лет у Киргизии были конфликты с Таджикистаном. Но без решения этих проблем практически невозможно говорить об объединении, о создании регионального союза. Поэтому я считаю, что первым вопросом, который должны решить лидеры стран ЦА, это вопросы границ. Без наличия территориальных споров и претензий процесс, при котором регион будет обретать субъектность, пойдет намного быстрее».    

Участник из Казахстана директор Центра актуальных исследований «Альтернатива» Андрей Чеботарев также отметил, что видит планомерное движение стран региона в направлении создания Центральноазиатского союза: «Процесс, который начался в столице Казахстана  Астане в 2018 году, когда начали встречаться главы всех пяти государств ЦА, очень важен. И он постепенно расширяется. Все это не только позволяет углублять взаимодействие между странами, но и способствует тому, что регион обретает субъектность. Ее признают Россия, Китай и арабские страны, которые выстраивают партнерские отношения со странами ЦА». 

При этом страны Запада, в частности Европейский союз, пока не стремятся к паритетному сотрудничеству с Центрально-Азиатским регионом, о чем свидетельствуют стратегические документы ЕС, касающиеся взаимодействия со странами ЦА. Сейчас реализуется вторая стратегия Европейского союза в регионе, которая вообще исключает возможность взаимодействия со структурами, где присутствует Россия. На данный момент Европейский союз готовит очередную стратегию своего взаимодействия со странами Центрально-Азиатского региона. Но теперь в список недругов ЕС попадет не только Россия, но и Китай.

«В апреле Европарламент принял очередную резолюцию по ЦА, в которой предусмотрена разработка новой стратегии. На мой взгляд, – отметил спикер, – сейчас они взяли риторику холодной войны. Европарламентарии открыто говорят о том, что ЕС будет сотрудничать со странами ЦА, только если они максимально сократят свои контакты с Россией и Китаем. Если будет разработана третья стратегия, то с большой долей вероятности она будет содержать элементы санкционной политики, т. е. европейцы будут вынуждать нас соблюдать антироссийские санкции под присмотром их контролеров, которых они к нам направят. Мы в этой ситуации должны будем обозначить свои позиции и дать им понять, что мы не намерены сотрудничать в условиях ультиматумов и давления», – подчеркнул А. Чеботарев.

* * *

Одним из итогов конференции стала инициатива создания Центральноазиатской аналитической платформы (ЦААП), к участию в которой будут приглашены независимые экспертные и аналитические центры всех стран ЦА. 

Читайте нас в Яндекс.Дзен и Telegram

Рейтинг Ритма Евразии:   1 1
609
Новости и события
Мы в социальных сетях
Выбор редакции
Документы
Теги
«Заполярный Транссиб» COVID-19 G20 G7 Human Rights Watch OPAL Stratfor SWIFT Wikileaks «35-я береговая батарея» «Saber Strike-2015» «Белая книга» «Евразийская экономическая перспектива» «Жұлдыздар отбасы. Аңыз адам» «Исламское государство» «Меджлис» «Мир без нацизма» «Правый сектор» «Русская школа» «Свобода» «Северный поток-2» «Сила Сибири» «Славянский базар» «Турецкий поток» «Хизб ут-Тахрир» «Южный поток» АБИИ Абхазия Азербайджан Андрей Тарковский АПК Арктика Армения АрМИ АСЕАН Атамбаев АТО АТР АТЭС Афганистан Африка АЭС Байкал Байконур Бандера Белоруссия Бессарабия Ближний Восток Болгария БРИКС Ватикан Ваффен СС Ваффен-СС Великая Отечественная война Великая Победа Великобритания Венгрия ВОЗ Восточное партнёрство ВПК ВТО Вторая мировая война Вьетнам Гагаузия Газпром Галиция Германия ГЛОНАСС Греция Грузия ГУАМ Дальний Восток Демография Дивизия СС «Галичина» ДНР Додон Донбасс Дордой ЕАБР ЕАСТ ЕАЭС ЕБРР Евразия Global ЕврАзЭС Египет ЕС ЕСПЧ ЕЭК ЕЭП Жээнбеков Закарпатье Зеленский ЗСТ ИГИЛ Израиль Индия Индонезия Ирак Иран Ислам Италия Кавказ Казахстан Карабах Каримов Карпатская Русь Каспий Киево-Печерская Лавра Киргизия Китай КНДР Костюшко Красносельский Крым КСОР Куба Курильские острова Кыргызгаз Лавров Латвия Литва ЛНР Лукашенко МАГАТЭ Македония Манас МВФ Медведев Междуморье Мексика Меркель Меркосур миграция Мирзиёев Молдова Монголия Назарбаев НАТО нацизм Николай II Новороссия НОД НПО ОБСЕ Одесса ОДКБ ОИС ООН ОПЕК Организация тюркских государств Оренбург ОТЛК ОУН ОУН–УПА ОЧЭС ОЭС Пакистан ПАСЕ Первая мировая война Польша Порошенко Православие Прибалтика Приднестровье Путин Россельхознадзор Россия РПЦ Румыния русины Русский язык Саргсян Саудовская Аравия Сахалин СБУ Севастополь Сербия Сингапур Сирия Следственный комитет России Словакия СНГ соотечественники Союзное государство СССР США Таджикистан Таиланд Талибан ТАПИ Татарстан Токаев Трамп ТС ТТП Тунис Туркменистан Турция ТЮРКСОЙ Узбекистан Украина УНА–УНСО УПА УПЦ КП УПЦ МП Фашизм Финляндия Франция Центральная Азия ЦРУ Чили Шелковый путь ШОС Шухевич Экология энергетика Эстония Югославия Южная Осетия ЮКОС ЮНЕСКО ЮНИДО ЮТС Япония
Видеоматериалы
все видеоматериалы

* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: Международное религиозное объединение «Нурджулар», Международное религиозное объединение «Таблиги Джамаат», меджлис крымско-татарского народа, Международное общественное объединение «Национал-социалистическое общество» («НСО», «НС»), Международное религиозное объединение «Ат-Такфир Валь-Хиджра», Международное объединение «Кровь и Честь» («Blood and Honour/Combat18», «B&H», «BandH»), Украинская организация «Правый сектор», Украинская организация «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО), Украинская организация «Украинская повстанческая армия» (УПА), Украинская организация «Тризуб им. Степана Бандеры», Украинская организация «Братство»,  Полк  «Азов», «Айдар», Общероссийская политическая партия «ВОЛЯ», «Высший военный Маджлисуль Шура Объединенных сил моджахедов Кавказа», «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана», «База» («Аль-Каида»), «Асбат аль-Ансар», «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»), «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»), «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»), «Партия исламского освобождения» («Хизб ут-Тахрир аль-Ислами»), «Лашкар-И-Тайба», «Исламская группа» («Джамаат-и-Ислами»), «Движение Талибан», «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»), «Общество социальных реформ» («Джамият аль-Ислах аль-Иджтимаи»), «Общество возрождения исламского наследия» («Джамият Ихья ат-Тураз аль-Ислами»), «Дом двух святых» («Аль-Харамейн»), «Джунд аш-Шам» (Войско Великой Сирии), «Исламский джихад – Джамаат моджахедов», «Аль-Каида в странах исламского Магриба», «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), Джебхат ан-Нусра, Международное религиозное объединение «АУМ Синрике», Международное общественное движение ЛГБТ.


При полном или частичном использовании материалов сайта «Ритм Евразии» активная гиперссылка
на главную страницу www.ritmeurasia.ru приветствуется.

Точка зрения редакции может не совпадать с мнением авторов.

Яндекс.Метрика