Под белыми исламскими флагами
В начале 1916 года русские войска нанесли турецкой армии невосполнимый ущерб, овладев городами Эрзерумом, Трапезундом, Эрзинджаном и Мушем. В то время как русские сражались на Восточном фронте, немцы не могли перебросить все свои войска на Запад. В результате генеральная цель кайзеровской Германии – полное поражение к концу 1915 года одного из противников и вывод его из войны – не была достигнута. Пришло время реализации альтернативного плана.
Издание 25 июня 1916 года указа царского правительства о привлечении на время войны мужского населения Туркестана, Сибири, Казахстана и Поволжья к работам по строительству оборонительных сооружений и созданию военной инфраструктуры в районах дислокации подразделений армии Российской империи, пришедшегося, ко всему прочему, на священный месяц Рамазан, стало самым удачным моментом для германской агентуры. Русский Туркестан, наэлектризованный током панисламизма и русофобии, вызванных, безусловно, не только внешней агитационной деятельностью, но и целым комплексом внутренних социально-экономических проблем, был готов превратиться в место кровавой бойни.
Примечательно, что о ее подготовке, согласно архивным документам, было известно задолго до объявления трудовой мобилизации. В докладной записке от 12 марта 1916 года в Департамент духовных дел МВД редактор издававшегося в Париже журнала «Мусульманин» Магометбек Хаджетлаше рекомендовал властям «особенно серьезное внимание обратить на народы Средней Азии, Туркестана, Ферганы, откуда и нужно ожидать начала грандиозных событий».
Вспыхнув 4 июля 1916 года в городе Ходженте под речи исламских проповедников, обещавших всем, кто последует Высочайшему повелению, «сделаться кяфыром (неверным)», к началу августа Среднеазиатское восстание охватило весь Русский Туркестан. В телеграмме военному министру Д.С. Шувалову генерал-губернатор Туркестанского края А.Н. Куропаткин докладывал: «…во время великой войны киргизское население подготовлялось [к] восстанию германскими офицерами, проникшими [в] Афганистан и Кашгар. Влияние фанатично настроенных мулл, живущих среди киргизов, тоже несомненно. Преувеличенные слухи [о] победах наших врагов и слабость военной охраны в Семиречье обещали вожакам возможность легкой победы; обезоружение [в] прошлом году русского населения Семиречья [с] целью отправить 7500 берданок [в] армию давало надежду киргизам быстро свести кровавые счеты [с] пришельцами, севшими [на] их земли. Надежды эти частью оправдались».
Также в одном из донесений сообщалось о посещении незадолго до начала восстания манапами некоторых киргизских волостей Турции, где те «получили деньги, оружие, обещание устроить в Туркестане особое киргизско-сартовское царство. Условием ставилось уничтожение русских». В числе визитеров были и ставшие душой восстания на территории северной Киргизии сыновья (Макуш и Хасамутдин) легендарного батыра Шабдана – представителя киргизского племени сарыбагыш, которому в 1883 году за большой вклад в развитие киргизско-российских отношений императором Александром III был пожалован казачий чин войскового старшины. От их имени 9 августа 1916 года были разосланы письма, в которых манапы других волостей уведомлялись об успешном начале восстания и приглашались по получении послания открыто примкнуть к восставшим и соединиться под священным знаменем Шабдана Ходжи. В воззвании говорилось: «Мы восстали и перерезали всех русских, отобрали казенных лошадей и советуем сделать то же самое».
Сохранились сведения о том, что перед началом выступления сарыбагыши, предводительствуемые влиятельными киргизами возле селения Ново-Троицкого (Пишпекского уезда) «совершили бату» – жертвенную молитву, призывая своих сородичей объединиться для объявления русским газавата.
Исполнением религиозных обрядов и символических религиозных действий было отмечено не только начало восстания, но и ход событий. В документальных свидетельствах говорится о фактах разграбления и осквернения церквей, «выезда на войну» в установленное Шариатом время – с 7–8 часов утра до 7–8 часов вечера, выступления под белым флагом, который вручали при пророке Мухаммеде командующему войском или амиру. Одним из самых распространенных явлений было обращение пленных в ислам, сопровождавшееся уничтожением нагрудных крестов, бритьем голов, обрезанием и требованием учить исламские молитвы. Женщины и молодые девушки гибли под ударом палачей только за то, что, соглашаясь силой обстоятельств стать женами мятежников, просили разрешить свободу веры.
***
В ходе восстания 1916 года потери русского мирного населения составили около 3 тыс. убитых, было разорено свыше 10 тыс. крестьянских хозяйств. По оценке доктора исторических наук Шайыргуль Батырбаевой, использовавшей в своих подсчетах математические методы, число убитых, погибших и переселившихся киргизов колебалось между 37и 41 тысячей человек. Таковы страшные итоги предпринятого кайзеровской Германией проекта по инструментализации ислама.
Совершенно с иных позиций результаты крупнейшего в Средней Азии восстания квалифицируют западные исследователи. Именуя объявленный в годы Первой мировой войны джихад «полным провалом», нидерландский тюрколог Эрик-Ян Цюрхер во вступительной статье к коллективной монографии «Джихад и ислам в Первой мировой войне», вышедшей в год столетия Среднеазиатского восстания, цинично отметил: последний «не повлек за собой ни массового дезертирства мусульманских солдат в британской, французской и российской армиях, ни масштабных восстаний в их имперских владениях».
Что для одних – национальная трагедия, для других – всего лишь неудавшийся политический эксперимент. А значит, будут и другие.
