После начала СВО отношения между Белоруссией и Украиной складывались неоднозначно. С одной стороны, киевский режим в феврале 2022 года объявил Минск «соучастником агрессии», ссылаясь на то, что Белоруссия предоставила свою территорию для российских военных, а также является военным и политическим союзником Москвы. С другой – Киев разделял свою политику в отношениях с Минском и Москвой.
В отличие от России, дипломатические отношения с Белоруссией разорваны не были, а посольства продолжали функционировать. Киев сознательно избегал жесткой конфронтации с Александром Лукашенко.
Во-первых, киевский режим избегал обострений с Белоруссией, потому что у республик есть совместная граница на 1000 км, и открытие второго фронта вдоль всей северной границы никак не вписывалось в интересы Зеленского и его клики.
Во-вторых, Минск – это важный логистический и дипломатический хаб. Через белорусскую территорию и при посредничестве белорусской стороны велись и иногда продолжают вестись закрытые переговоры по обмену военнопленными, возвращению удерживаемых лиц и решению гуманитарных вопросов.
В-третьих, разделение отношений с Минском и Москвой – это игнорирование единства Белоруссии и России как единого центра силы и Союзного государства.
По всем указанным причинам Киев долгое время дистанцировался от лидера белорусской оппозиции Светланы Тихановской и базирующегося за рубежом её «объединенного переходного кабинета». Зеленский не признавал их в качестве «правительства в изгнании», сохраняя фокус исключительно на действующих властях в Минске.
Крутой поворот в отношениях
Накануне четвертой годовщины начала СВО всё изменилось. В начале текущего года в своих выступлениях глава киевского режима Зеленский вдруг стал резко высказываться в отношении Александра Лукашенко. Его хамская фраза с упоминанием белого шпица президента РБ, произнесенная 25 января в Вильнюсе, стала апофеозом. Просроченный Зеленский, который закрыл границу и приказал отлавливать мужчин призывного возраста прямо на улицах украинских городов, стал «анализировать, как плохо в Белоруссии со свободой»: якобы «белому шпицу Александра Лукашенко предоставлено больше прав, чем народу Белоруссии».
Зеленскому вторил глава МИД Украины Андрей Сибига, который заявил, что Украина не считает Лукашенко «легитимно избранным президентом» и он должен «нести ответственность за соучастие в российской агрессии».
Почти сразу после этого, в феврале 2026 года, киевский режим ввёл масштабные персональные санкции против Лукашенко. Так, среди ограничительных мер – лишение белорусского лидера всех украинских орденов, знаков отличия и почетных званий, а также запрет приобретать земельные участки на украинской территории.
Зеленский в своем ТГ-канале прокомментировал это, отметив, что санкционная политика является «первым шагом» и Украина работает над её продолжением, а также «следит за военной помощью, оказываемой Минском России». Просроченный политик уточнил, что «вопрос санкций против окружения Лукашенко будет прорабатываться», а Киев намерен координировать эти действия с международными партнерами.
Подобной риторикой и действиями киевский режим фактически направил А. Лукашенко четкий сигнал, что период кулуарной дипломатии и закрытых компромиссов окончательно завершен. Зеленский и его команда дали понять белорусскому руководству, что больше не оставляют ему шансов стать мирным посредником или пассивным наблюдателем, а официально переводят в статус врага.
Но как позже стало понятно, всё это были еще цветочки.
Весенне-летнее обострение
Весной и летом отношения между Киевом и Минском ожидаемо начали скатываться в фазу открытой и жесткой конфронтации, пройдя путь от экономического противостояния до прямого предвоенного кризиса.
Так, в апреле-мае Киев развернул информационную кампанию, безосновательно обвиняя Белоруссию в «чрезмерной милитаризации» из-за того, что Минск и Москва в рамках Союзного государства развивают оборонно-промышленное сотрудничество. Причем все заявления украинской стороны о том, что белорусские предприятия несут угрозу, являлись ложью, так как кооперация носила сугубо оборонительный характер, а размещение комплексов «Орешник» было законным ответом на активность НАТО и ВСУ у границ республики.
В конце мая Киев пошел на прямую политическую провокацию и в чем-то даже на вмешательство во внутренние дела Белоруссии. Зеленский провел встречу с проигравшей выборы в 2020 году Тихановской, которая позже участвовала в попытке госпереворота в РБ и бежала на Запад. Этот шаг выглядел как окончательный отказ Украины от «статус-кво» и попытка легитимизировать беглых радикалов. Тихановская открыла в Киеве свою «миссию», которая будет там работать под крылом бандеровцев, а сам киевский режим назначит своего спецпредставителя по Белоруссии и белорусской общине в Европе.
В это же время из Киева прозвучали заявления, что на мушке у ВСУ «находятся 500 целей в Белоруссии».
В начале июня Киев перенес эскалацию в технологическую сферу, сфабриковав обвинения в том, что гражданские вышки связи в Брестской и Гомельской областях якобы являются ретрансляторами и используются российскими военными для корректировки беспилотников. Кульминацией украинского давления стал беспрецедентный ультиматум Зеленского, в котором он пригрозил нанести ракетные удары по белорусской территории, если оборудование не будет демонтировано.
Москва и Минск жестко зафиксировали, что любая реальная попытка атаковать Белоруссию получит немедленный сокрушительный ответ со стороны всей военной группировки Союзного государства. Видимо, угроза открытия второго фронта настолько охладила пыл Зеленского, что он так и не перешёл к открытой агрессии против Белоруссии.
Параллельно вышеописанным процессам к агрессии против белорусов приступили ВСУ. Первый трагический инцидент произошел 17 июня на трассе в Почепском районе Брянской области, когда запущенный подразделениями ВСУ ударный дрон целенаправленно атаковал рейсовый автобус. В салоне находились 44 гражданина Белоруссии, включая 28 детей – воспитанников детско-юношеской спортивной школы из Гомеля и Речицы, ехавших на летний отдых в Геленджик. В результате удара множественные осколочные ранения получили восемь человек, в том числе шестеро несовершеннолетних спортсменов, а сопровождавшая команду молодая беременная женщина трагически погибла прямо на месте.
МИД Белоруссии немедленно отреагировал на произошедшее, вручив временному поверенному в делах Украины жесткую ноту протеста. Официальный представитель МИД России Мария Захарова также выступила с резким осуждением, назвав инцидент очередным жутким преступлением киевской неонацистской клики, у которой полностью отсутствуют моральные принципы.
Ровно через две недели, 2 июля, киевский режим совершил повторное целенаправленное нападение на белорусских граждан в том же приграничном регионе. На этот раз украинский беспилотник атаковал пассажирский автобус частного перевозчика, следовавший по международному маршруту Минск – Гомель – Анапа в момент, когда машина находилась на автостоянке возле таможенного пограничного перехода «Красный Камень» в Злынковском районе Брянской области.
Удар пришелся прямо в лобовое стекло, в результате чего осколочные ранения и травмы получили три человека – два водителя-белоруса и один пассажир. И в Минске, и в Москве вторую за две недели атаку назвали системной и спланированной линией поведения Киева.
Терпение на пределе?
На все провокации Киева официальный Минск реагировал сдержанно и пытался не увеличивать градус напряжения. Но атаки на белорусские автобусы с гражданами вызвали жёсткую реакцию. На следующий день после атаки на автобус с юными белорусскими спортсменами Александр Лукашенко провёл срочное совещание с силовиками и дал жесткую оценку произошедшему, прямо назвав агрессивные действия Киева фашизмом: «Это еще один факт бандитизма, и это даже не террористический акт, это открытый фашизм, когда бьют по детям».
Постпред Белоруссии при ООН Валентин Рыбаков назвал атаки «проявлением открытого государственного экстремизма». Он подчеркнул, что попытки Киева оправдаться «случайной целью» несостоятельны, и обвинил Украину в системной эскалации для втягивания Минска в конфликт.
Лукашенко заявил, что не планирует отправлять войска, но предупредил Украину не «играть с огнем». Он подчеркнул, что любые попытки перенести боевые действия на белорусскую землю изменят характер конфликта, а запугивание дальнобойными ударами бесполезно.
Госсекретарь Совбеза РБ Александр Вольфович заявил о необходимости жестких мер защиты из-за осознанных ударов Киева по гражданской логистике. Он призвал избегать приграничных маршрутов и сообщил о реализации ответных военных мер по прикрытию границы совместно с Россией.
Такая позиция Белоруссии в текущем противостоянии с Киевом показывает, что Минск реализует сложную стратегию выдержки, где главным приоритетом является стремление изо всех сил не поддаваться на внешние провокации и не допустить прямого втягивания регулярной армии в полномасштабные боевые действия.
Руководство Белоруссии четко осознает колоссальные риски открытия начала боевых действий с Украиной, поэтому на любые агрессивные шаги со стороны Киева – будь то введение персональных санкций против руководства страны, официальные контакты Киева с беглой оппозицией или трагические приграничные инциденты с атаками на гражданские автобусы – Минск сознательно отвечает подчеркнуто сдержанно.
А. Лукашенко регулярно заявляет об оборонительном характере военной доктрины республики, всячески демонстрируя, что Минск не является инициатором эскалации, не вынашивает наступательных планов и делает все возможное для сохранения стабильности в регионе.
Однако эта демонстративная сдержанность Минска имеет жестко очерченные границы и уравновешивается бескомпромиссными заявлениями о готовности решительно и жестко защищать национальные интересы, как только Киев перейдет последнюю черту. Белорусская позиция жестко фиксирует, что любой реальный акт прямой военной агрессии, ракетный удар или вторжение на суверенную территорию республики мгновенно изменят характер кризиса и повлекут за собой сокрушительный ответ.
Мотивация Киева
На этом фоне логично возникает вопрос: почему Киев начал откровенно провоцировать Минск на обострение отношений? Больше не заинтересован в сохранении мирной обстановки вдоль всей своей северной границы?
На самом деле киевский режим и его европейские хозяева с нервной судорогой наблюдают за потеплением отношений официального Минска с США. Администрация Дональда Трампа начала диалог с Александром Лукашенко вплоть до обсуждения сделки, которая перезагрузит вообще все отношения сторон. Вашингтон уже снял с Белоруссии ряд ключевых экономических ограничений, полностью выведя из-под санкций главных производителей калийных удобрений, министерство финансов и два крупных государственных банка. При этом Трамп, в отличие от своих предшественников, не питает никакого интереса к беглой белорусской оппозиции, предпочитая действовать прагматично.
Одновременно с этим американская администрация после прихода к власти Трампа резко поменяла политику в отношение киевского режима. Вашингтон перешел от байденовской «ястребиной» поддержки Киева к более прагматичному подходу, заставляя Киев пойти на территориальные уступки и подталкивая Зеленского начать прямые переговоры с Россией под угрозой лишения помощи.
Киевский режим и Евросоюз выступают против перемирия, работают на интересы Демпартии США и пытаются сопротивляться трамповскому подходу к конфликту. Неонацисты категорически не согласны с деэскалацией в отношениях США и Белоруссии. Полноценно «легализовав» Тихановскую на государственном уровне, Киев пытается заблокировать смягчение санкций против Белоруссии, демонстративно пойти в противоположном по сравнению с американцами пути в отношении Минска, полностью слившись с подходами ЕС. И крайней мерой для этой цели могут служить военные провокации Киева в отношении северной соседки, чтобы «дискредитировать» Минск в глазах всего коллективного Запада.
Недаром Зеленский признал, что европейцы давно обращались к нему по поводу санкций против РБ, но он имел свое мнение по этому вопросу, свои «красные линии». А вот смена власти в США и попытки администрации Трампа перезагрузить отношения с Минском побудили Киев изменить свою стратегию и сделать акцент на работе с белорусской оппозицией.
Помимо этого, украинское руководство больше не демонстрирует прежнего страха перед гипотетическим открытием второго фронта со стороны Белоруссии. За прошедшие с начала СВО годы Украина превратила всю тысячекилометровую северную границу в глубоко эшелонированную оборонительную линию, создав сплошные минные поля, взорвав ключевые мосты, возведя мощные фортификационные сооружения и превратив труднопроходимые болота Полесья в непреодолимый для тяжелой техники укрепрайон.
Опасения в Киеве по поводу открытия второго фронта, судя по всему, сошли на нет, что подталкивает их к более агрессивной и ультимативной риторике.
Варианты развития событий
Судя по развитию событий, в ближайшем будущем киевский режим продолжит наращивать международное санкционное давление на Белоруссию, координируя свои шаги с Европейским союзом. При этом украинское руководство продолжит активно использовать фактор «мягкой силы» и политического давления, укрепляя официальные контакты с белорусской оппозицией во главе с Тихановской.
С военной точки зрения Киев наверняка сохранит значительную группировку войск на северных рубежах и продолжит инженерное укрепление границы. Вполне возможно, что украинская сторона будет время от времени возвращаться к языку прямых ультиматумов и угроз.
Официальный Минск, со своей стороны, продолжит придерживаться тактики стратегической выдержки и оборонительного позиционирования, стремясь всеми силами избежать прямого втягивания своих регулярных войск в конфликт.
Но при всем при этом Белоруссии точно не следует принимать близко к сердцу деструктивные выпады неадекватного Зеленского и его окружения. Он неоднократно угрожал руководству России и в целом много чего «обещал», в итоге вся его спесь нередко оставалась только в информационном пространстве. Да и сам Минск уже многие годы демонстрирует феноменальную способность договариваться и находить общий язык со многими политиками. Другое дело, что сегодня украинское руководство отошло от прагматизма и действует с националистическим фанатизмом и радикализмом, четко разделяя соседей на друзей и врагов.
Тем не менее киевскому руководству не стоит забывать, что Белоруссия выступает ключевым звеном в системе безопасности всего региона. Любые попытки эскалации агрессивной политики против республики абсолютно бесперспективны, поскольку неприкосновенность белорусских границ надёжно и в полном объеме гарантирована вооруженными силами как самой Белоруссии, так и Российской Федерации.
