В Казахстане приняли новый закон о возврате незаконно выведенных активов. Косвенным путем это ставит под сомнение итоги приватизации в республике.
Парламент Казахстана 29 июня с. г. принял закон «О возврате государству незаконно приобретенных активов». Он будет применяться к лицам, чьи активы превышают сумму в 100 млн долларов. «Законом предусмотрены механизмы защиты добросовестных приобретателей. Поступившие в пользу государства активы будут передаваться в специальный государственный фонд», – сообщает пресс-служба президента Казахстана.
При этом на днях власти отрапортовали, что за полтора года удалось возвратить в собственность государства 860 млрд тенге (более 1,9 млрд долларов). Эти действия осуществлялись в рамках прошлогоднего указа Касым-Жомарта Токаева о создании межведомственной комиссии по возврату финансовых средств, незаконно выведенных за границу.
Спорный закон
Экономист экс-советник председателя Национального банка Республики Казахстан Айдархан Кусаинов в интервью «Ритму Евразии» сообщил, что стране теперь грозит передел активов, что не пойдет на пользу экономике.
– Айдархан Маратович, сколько еще казахстанские власти смогут вернуть незаконно выведенных активов?
– Объем незаконно выведенных средств очень дискуссионный. Какие средства законные, а какие – нет, устанавливается в результате длительной юридической процедуры. Невозможно заранее оценить объем незаконно выведенных активов и финансов.
Установление законности – это сложный момент с юридической точки зрения. С этой точки зрения тревожит принятие закона «О возврате государству незаконно приобретенных (выделено автором. – Е.П.) активов». История появления этого закона любопытна. Президент Токаев дал поручение выработать закон о возврате незаконно выведенных (выделено автором. – Е.П.) активов. То есть была идея дать государственным органам дополнительные полномочия для поиска и возврата из-за границы этих средств.
Однако в результате деятельности парламента формулировка плавно трансформировалась из выведенных в приобретенные активы. Разницу чувствуете? Теперь в принципе любая сделка, совершенная ранее, может попасть под этот закон, даже если все активы и средства были и остаются внутри страны.
Для понимания вопроса: у нас есть два известных олигарха, которых арестовали. После ареста вдруг выяснилось, что многое из того, что они делали, было незаконно. И вот эти двое взяли и передали в дар государству часть своих активов, например, пакет акций «Казахтелекома». Еще полтора года назад никто и не догадывался, что они незаконно ими владели. Потом произошло их задержание, следствие – и вот такой результат.
Поэтому, грубо говоря, вопрос о том, сколько денег незаконно было выведено, открыт и будет решаться определенными людьми.
– Получается, итоги приватизации 90-х годов в Казахстане теперь могут пересмотреть?
– В принципе, в любой стране итоги приватизации как минимум спорны хотя бы потому, что она, как правило, происходила в период формирования правового поля и законодательства. Как в такой ситуации можно требовать полного соблюдения законодательства? Поэтому страны очень осторожно подходят к законам, которые потенциально могут привести к пересмотру итогов приватизации, это ящик Пандоры.
Проблема сегодняшнего момента в Казахстане заключается в том, что новый закон открывает активную и целенаправленную охоту за незаконными сделками, а, как говорилось выше, приватизационные сделки – самые уязвимые по своей природе. В этом смысле непонятны ни масштабы кампании, ни то, кто попадет под новый закон. При Генпрокуратуре создан специальный комитет, который будет работать с незаконно полученными активами.
Более того, в самом законе фактически утверждается принцип презумпции виновности (выделено автором. – Е.П.). Если у вас совокупный объем капитала больше 100 миллионов долларов, то вы автоматически попадаете в особый список. В результате проверки к вам могут прийти и спросить, откуда ты взял средства, чтобы всё это купить? То есть человек должен доказать, что у него были источники дохода для легального приобретения собственности. А если не сможет доказать, то его имущество автоматически становится незаконно приобретенным.
То есть теперь, после принятия указанного закона, это не проблема государства доказать незаконность происхождения капитала, а проблема человека доказать законность. Это очень серьезный и тревожный поворот.
Политический подтекст передела
– Можно ли рассматривать эти действия (возврат активов) как способ борьбы нынешнего президента с представителями ранее сформировавшейся элиты?
– Я думаю, что да, можно так рассматривать, это просто очевидно из самой логики закона. По ней все существующие элиты автоматом попадают под презумпцию виновности, а эти элиты формировались 30 лет, то есть в «старом Казахстане».
Поэтому если смотреть на происходящее именно под таким углом зрения (конечно, можно и по-другому), то это, действительно, очень действенный рычаг для борьбы со старыми элитами.
– Как меры по возврату активов в собственность государства скажутся на экономике страны?
– Они скажутся отрицательно. Потому что вопрос передела собственности, естественно, будет напрягать и текущих акционеров, и текущие элиты, но также и иностранных инвесторов, которые так или иначе являются партнерами элиты в крупных проектах. Когда работает презумпция виновности, это в принципе всех напрягает.
Второй момент заключается в том, что компании, их менеджмент начинают думать не о работе, а о своей причастности. Ведь теперь в любой момент может выясниться, что ваш акционер незаконно приобрел акции, а вы работали на него, принимали корпоративные решения. Эти вопросы пересмотра собственности дестабилизируют деятельность компании. А когда закон принимает неопределенные формы, то неопределенность дестабилизирует еще больше.
Повторюсь: всё это очень негативно будет сказываться на экономике. Полученные несколько миллиардов – слишком маленькая компенсация, ущерб будет намного больше. Потому что любой вопрос пересмотра собственности дестабилизирует экономику, в реальности очень мало стран идут на такие вещи.
– Если говорить об активах крупных олигархов, то в России, например, их «раскулачивание» оказало положительный эффект в долгосрочном плане. В Казахстане подобные действия разве не улучшат экономику также?
– Эта ситуацию нельзя сравнивать с тем, что происходило в России. Там «раскулачивание» отдельных олигархов происходило в рамках стандартного законодательства.
У нас же несколько другая обстановка. Ведь в Казахстане тоже есть большое антикоррупционное законодательство, развитое законодательное поле, есть Генпрокуратура. У правоохранительных органов имеются механизмы для борьбы с нарушителями. Именно в рамках этого законодательства уже вернули около 1,5 млрд долларов.
Казалось бы, существовавшего правового инструмента вполне хватало для возврата активов, ну так и работали бы дальше таким образом. Но зачем-то приняли новый закон, зачем-то создали специальный комитет при Генпрокуратуре – и вот это напрягает уже не только экспертов-экономистов, но и, безусловно, элиты.
Потому что элиты понимают: создается новая какая-то специально сформированная, адресно направленная административно-законодательная система, нацеленная на охоту на активы крупных собственников. Естественно, это будет сильно нервировать, причем не только текущие, но и будущие элиты тоже.
В итоге всё это однозначно негативно скажется в долгосрочном плане на экономическом росте и развитии страны.
Читайте нас в Яндекс.Дзен и Telegram
