Столицам Средней Азии грозит водный кризис, аналогичный переживаемому сегодня Тегераном. Его наступление может спровоцировать усиление миграции как внутри региона, так и отток населения за его пределы, в том числе в Россию.
Опубликованное сайтом nightingale-int.com исследование водных проблем Центральной Азии предрекает столицам этого региона – Ташкенту, Бишкеку, Алма-Ате, Астане и Душанбе – наступление кризиса водоснабжения, аналогичного переживаемому сегодня Тегераном. Порога иранского водного кризиса Центральная Азия пока не достигла. Но отсутствие своевременных действий по его предотвращению приведет к повторению той ситуации, которая сложилась сегодня в Тегеране. А это неизбежно вызовет активизацию миграционных потоков, главным образом внутри самого региона. Однако не исключено и усиление эмиграции за пределы Центральной Азии, главным направлением которой являются Казахстан и Россия.
Водный кризис в Иране обозначился летом прошлого года в связи с переживаемой им беспрецедентной засухой. Наиболее остро он ощущался в Тегеране, власти которого были вынуждены вдвое снизить давление воды, что почувствовали на себе 80% домохозяйств. Несмотря на наступление осени, кризис отнюдь не миновал. 9 ноября 2025 г. власти Тегерана сообщили, что будут вынуждены нормировать подачу воды в ночные часы. Президент страны Масуд Пезешкиан допустил, что жителей Тегерана придется эвакуировать. 21 ноября на встрече с общественностью в провинции Казвин он заявил, что столицу из Тегерана надо переносить.
Среди причин кризиса называют длительную засуху и неэффективное управление водными ресурсами, но практически не обращают внимания на резкий рост населения иранской столицы. С 1950 по 2026 г. число жителей Тегерана увеличилось почти в 9,5 раза – с 1 041,4 тыс. до 9 840,1 тыс. чел., что означало как минимум десятикратный рост потребления воды домохозяйствами.
Схожие демографические процессы происходят и в столицах стран Средней Азии, которая после распада СССР продолжает переживать последствия демографического взрыва. С 1991 по 2024 г. население Ташкента выросло в 1,4 раза (с 2,1 до 3 млн), Бишкека – в 1,8 раза (с 631 тыс. до 1 165 тыс.), Душанбе – в 2,1 раза (с 582 тыс. до 1 243 тыс.), а Ашхабада – в 2,5 раза (с 412 тыс. до 1 031 тыс.). В более выгодном положении оказался Казахстан, власти которого в 1997 г. перенесли столицу из Алма-Аты в Астану, расположенную на севере страны. Тем не менее южная столица республики также переживает бурный демографический рост. Ее население за годы независимости выросло более чем в два раза, увеличившись с 1,1 до 2,3 млн чел. Уровня демографической и экологической нагрузки, который наблюдается в Тегеране, среднеазиатские столицы пока не достигли, но движутся в том же направлении.
Средняя Азия отличается довольно хрупкой экологией. Ее обеспечение водным ресурсами зависит от двух трансграничных рек – Амударьи и Сырдарьи, которые берут начало в горах Памира и Тянь-Шаня. Питающие их ледники в связи с глобальным потеплением теряют массу, что в перспективе грозит еще более усугубить проблемы с водоснабжением домохозяйств и предприятий. При этом главный источник дефицита воды, как отмечается в опубликованном nightingale-int.com исследовании – ее неэффективное использование в сельском хозяйстве, на долю которого приходится 80-90% от всего объема водопотребления в регионе. В старых ирригационных системах, построенных еще в советский период, до 40% всей воды из-за просачивания и испарения теряется еще до того, как она доходит до сельскохозяйственных угодий.
Между тем большая часть населения Средней Азии по-прежнему проживает в сельской местности и тесно связана с сельским хозяйством. В Узбекистане доля сельского населения на начало 2024 г. составляла 49%, в Туркмении – 53%, Киргизии – 65%, а в Таджикистане – 71%. И дефицит воды неизбежно скажется на его экономическом благополучии и перспективах проживания в сельской местности.
Сельское хозяйство до сих пор является значимой частью национальных экономик. В Узбекистане за 2024 г. его вклад в ВВП составил 19,2%, что сопоставимо с долей промышленности (26,4%). Объем экспорта плодоовощной продукции из РУз за 2024 г. достиг 1 549,5 млн долл., увеличившись по сравнению с 2023 г. на 31,2%. Основные направления экспорта – Россия, Казахстан, Пакистан и Афганистан. Объем экспорта текстильной продукции, сырьевой базой для которой является выращивание хлопка-сырца, составил 2 867,4 млн долл., или 10,6% от его общего объема.
В столицах стран Средней Азии проблемы создает изношенная коммунальная инфраструктура, которая существенно не обновлялась с советского периода, что ведет к высоким потерям при транспортировке воды. Другой проблемой является ее неумеренное потребление. В Ташкенте, как сообщил в начале августа пресс-секретарь «Узсувтаъминота» (городского водоканала) Акмаль Муродов, ежедневное потребление питьевой воды доходит до 270 литров в сутки на человека, что почти втрое выше, чем в большинстве других регионов. Так, в Кашкадарьинской области потребление воды составляет 80–100 литров в день. При этом пиковые нагрузки в столице могут составлять до 400 литров, а норма потребления для квартир без счетчиков составляет 350 литров. В международной практике показатель в 150 литров в сутки на человека считается высоким. То есть в Ташкенте он в полтора-два раза эти нормы превышает.
Нарастание дефицита воды в сельской местности приведет к стягиванию населения в города, что еще более увеличит демографическую нагрузку на их коммунальную инфраструктуру. В сентябре 2021 г. Всемирный банк опубликовал доклад «Девятый вал», посвященный миграционным процессам, которые может повлечь за собой продолжение глобального потепления. По его прогнозам, к 2050 г. в мире может появиться 216 млн климатических мигрантов, которые будут вынуждены покинуть места своего прежнего проживания из-за изменения климата. Среди шести регионов мира, которые будут затронуты этими процессами, окажутся Восточная Европа и Центральная Азия, где прогнозируется появление 5,1 млн климатических мигрантов. Впрочем, на фоне других регионов мира, которые также будут страдать от глобального потепления – Северной и Субсахарной Африки, Восточной, Южной Азии и Латинской Америки число мигрантов в Центральной Азии будет самым небольшим.
На долю среднеазиатских государств, по прогнозам Всемирного банка, будет приходиться всего 2,4 млн климатических мигрантов. Зонами их оттока станут земли вдоль южной границы Казахстана, районы, прилегающие к Ферганской долине в Узбекистане и Таджикистане, окрестности Бишкека, а также территории восточного Туркменистана и юга Узбекистана, расположенные вдоль реки Амударья. Основные причины миграции – снижение доступности воды и, как следствие, урожайности сельскохозяйственных культур.
Зонами притока климатических мигрантов станут Ферганская долина, поделенная между Киргизией, Таджикистаном и Узбекистаном, земли вокруг Ташкента и равнинные районы южного Таджикистана, где расположен Душанбе, а также города северного Казахстана – Караганда, Астана и Костанай. Впрочем, Северный Казахстан, за исключением столицы, пока переживает совсем иные процессы – отток населения в южные регионы, за границу и его старение.
Для России угрозу представляет активизация климатической миграции в северном направлении. Особенно значительные масштабы она может приобрести в том случае, если вслед за водным кризисом в Средней Азии последует кризис общественно-политический, как это уже произошло в Иране. Вместе с тем существует и ряд сдерживающих климатическую миграцию факторов. Во-первых, большинство таких мигрантов будут перемещаться внутри региона, а не за его пределы. Во-вторых, между Россией и Средней Азией находится огромная по площади территория Казахстана, где также будут оседать мигранты. В-третьих, миграции на дальние расстояния не возникают сами по себе, а являются следствием наличия «притягивающих» мигрантов факторов, таких как родственные и земляческие связи, отсутствие контроля за миграцией или массовое предоставление гражданства, которое еще недавно десятками тысяч получали в РФ выходцы из Таджикистана. Большинством этих факторов, а значит, и потоками климатической миграции власти вполне могут управлять.
