С первых же дней Великой Отечественной войны бойцы Красной армии показывали массовый героизм. Подтверждалась истина, гласящая, что нет предела самопожертвованию для человека, сражающегося за свободу своей Отчизны, за свой дом, за своих родных.
13 июля 1941 г. красноармеец Дмитрий Овчаренко, воевавший на Южном фронте в составе 389-го стрелкового полка 176-й стрелковой дивизии, на конной повозке вёз со склада боеприпасы для своей пулеметной роты. Километрах в четырех–пяти от расположения части на дорогу неожиданно вылетели две немецкие автомашины с полусотней солдат и несколькими офицерами. Немцы окружили Овчаренко, разоружили его и начали расспрашивать. Держали себя расслабленно, нахально: еще бы – какую опасность мог представлять для них одинокий, безоружный красноармеец?
Только не знали они характер советского воина! Улучив момент, Дмитрий выхватил из повозки топор и одним ударом снес офицеру голову. Не давая врагам опомниться, запустил в сторону ближайшего автомобиля, вокруг которого столпились пехотинцы, одну за одной три гранаты, лежавшие в повозке. В панике водитель второй машины с находившимися в кузове солдатами рванул по шоссе. А наш солдат, не выпуская топор из рук, расправился с теми, кого не уничтожили взрывы гранат.
21 вражеский пехотинец остался на месте скоротечного боя. Овчаренко же, собрав имевшиеся у убитых документы, продолжил путь. Его рассказу о происшедшем вначале не поверили, но сданные в штаб полка ценные документы, включая карты, и осмотр места происшествия убедили, что всё правда.
Поверить действительно трудно, но сохранился документ, из которого взято описание подвига – представление красноармейца Овчаренко Дмитрия Романовича к званию Героя Советского Союза, подписанное командующим Южным фронтом генерал-лейтенантом Д.И. Рябышевым и членом военного совета Л.Р. Корниецом. 9 ноября 1941 г. был издан соответствующий указ Президиума Верховного Совета СССР. Герой прошел всю войну, но не дожил до Победы три с небольшим месяца: Дмитрий Овчаренко получил в боях за Венгрию тяжелое ранение и скончался в госпитале в конце января 1945 г.
…3 июля 1941-го. В Минске уже несколько дней хозяйничают оккупанты. По одной из улиц движется, словно на параде, колонна немецких мотоциклистов и вдруг натыкается на… советский танк Т-28. Готовый к бою, ощетинившийся пушкой и четырьмя пулеметами. Через несколько минут на месте колонны остаются лишь груды металла и человеческих тел – это поработали гусеницы и пулеметы. На пересечении Советской и Октябрьской улиц Минска (ныне – проспект Независимости и улица Янки Купалы) Т-28 наткнулся на скопление вражеской техники. Экипаж пустил в ход все имевшиеся огневые средства и гусеницы, выведя из строя еще около десятка танков и бронемашин, несколько грузовиков, уничтожив немало живой силы врага. Танкисты сражались отчаянно, понимая, что к своим им уже не прорваться…
Но откуда в оккупированном городе действующий советский танк? Накануне Т-28, управляемый старшим сержантом Дмитрием Ивановичем Малько, в составе колонны техники отходил из Минска. В пути произошла поломка, и танк отстал от своих. Стихийно сложился экипаж, в состав которого, кроме Малько, вошли курсанты артиллерийского училища Николай Педан, Александр Рачицкий, Федор Наумов и их товарищ Сергей (фамилия неизвестна). Командование взял на себя майор Васечкин (фамилия достоверно не известна). Пробиваться к своим решили через оккупированный Минск. Вернулись на склад, где ранее служил Малько, которым еще не овладели гитлеровцы, загрузили несколько десятков снарядов, несколько тысяч патронов и незамеченными проникли в пригород белорусской столицы…
Раненый Малько смог покинуть подбитый танк, скрыться из города и пересечь линию фронта. Позднее он оставил подробное описание того боя. Удалось установить судьбу бывших курсантов Педана (он попал в плен и только в 1945-м был освобожден из немецкого лагеря) и Наумова (местные жители смогли укрыть его, а позднее переправить к партизанам). Майор Васечкин погиб в бою и был похоронен местными жителями.
Сколько их было – героев, известных и оставшихся безымянными! Никто из них не знал, когда придет победа, но делал всё, что в его силах, чтобы эту победу приблизить. Не щадя жизни!
Вражеские военачальники констатировали: «Наши потери достигли 50%… Наши войска очень скоро узнали, что значит сражаться против русских» (начальник штаба 4-й немецкой армии генерал Г. Блюментритт). «Сведения с фронта подтверждают, что русские всюду сражаются до последнего человека» (начальник Генштаба сухопутных войск вермахта генерал-полковник Ф. Гальдер).
…5 июля при попытке разбомбить вражескую переправу через Березину в районе Борисова самолет, ведомый лейтенантом Николаем Булыгиным из 53-го дальнебомбардировочного авиационного полка, был подбит. Летчик направил свой горящий бомбардировщик в танковую колонну врага.
…Многие помнят отличный советский фильм «Балтийское небо». Прототипом его главного героя выступил ставший в 1942 г. Героем Советского Союза Георгий Костылёв. Летчик 5-го истребительного авиаполка ВВС Краснознаменного Балтийского флота, он 15 июля открыл свой боевой счёт, уничтожив истребитель Ме-110, а через неделю, 22 июля, сбил в течение дня сразу три (!) самолёта врага – два бомбардировщика Ю-88 и один Ме-110.
Из подвигов одиночек, коих насчитывались тысячи и тысячи, складывался подвиг рот, полков, дивизий.
…2 июля, река Березина, район Борисова. «Радисты моего командирского танка получили сообщение об атаке русскими танками и самолетами переправы на Березине у Борисова… – вспоминал тогдашний командующий 2-й танковой группой генерал-полковник Г. Гудериан, известный далеко за пределами Германии теоретик и практик глубоких танковых прорывов. – 18-я танковая дивизия получила достаточно полное представление о силе русских, ибо они впервые применили свои танки Т-34, против которых наши пушки в то время были слишком слабы».
Урок немецкой танковой дивизии преподала 1-я Московская мотострелковая дивизия, которой командовал полковник Яков Григорьевич Крейзер. Дивизия была переброшена на рубеж Березины, остававшейся единственной естественной водной преградой на пути к Смоленску. Ведя подвижную оборону в междуречье Березины и Днепра, она сумела задержать противника, рвавшегося к Смоленску, и этим оказала помощь второму эшелону войск 20-й армии, создавшему оборону на восточном берегу Днепра.
В ожесточенных боях с 30 июня по 3 июля было уничтожено около 60 танков и до 3 тысяч вражеских солдат и офицеров. Нередко Крейзер на головном КВ лично возглавлял контратаку.
Две недели дивизия вела оборонительные бои в исключительно невыгодных условиях – на широком фронте, в большом отрыве от войск 20-й армии, при отсутствии соседей. Но свой долг воины-москвичи выполнили с честью, их дивизия одной из первых стала гвардейской. А командир дивизии полковник Крейзер по представлению командующего Западным фронтом генерал-лейтенанта А.И. Еременко 22 июля 1941 г. был удостоен звания Героя Советского Союза. Удостоен первым с начала войны среди общевойсковых командиров.
До 17 июля части другой, 174-й стрелковой дивизии комбрига А.И. Зыгина из состава 22-й армии Западного фронта обороняли Полоцк. Эта оборона вошла в историю начального периода войны как одна из наиболее упорных. Только 474-й стрелковый полк под командованием подполковника И.Т. Китаева уничтожил более 2,5 тыс. немецких солдат и офицеров, до 30 танков, 14 орудий, много другой боевой техники.
Под давлением превосходящих сил противника дивизия была вынуждена отойти в направлении Невеля, где попала в окружение. Отдельными колоннами стали пробиваться к своим. Вышедший из окружения комдив, узнав, что основные силы дивизии ещё оставались в кольце, вновь перешел линию фронта. Имитируя прорыв в одном направлении, главные силы он направил в другом. Благодаря и умелому руководству Алексея Ивановича Зыгина и героизму личного состава дивизии удалось почти в полном составе вырваться из окружения.
Никаких сил не хватит, чтобы описать сегодня феномен советского сопротивления нацистскому нашествию во всей его полноте.
________________________________
Фото: https://russian7.ru/post/prokhorovka-1941-goda-gde-sostoyalos-kr/
