США планируют завершить вывод оставшихся военнослужащих из Ирака до 30 сентября 2026 года. Багдад называет эту дату окончательной для завершения военной миссии международной коалиции по борьбе с «Исламским государством»*. Американская сторона также подтверждает, что рассчитывает завершить вывод в установленный срок.
Речь идет не о полном прекращении отношений Вашингтона с Багдадом. После завершения военной миссии сотрудничество может продолжиться в других форматах. Однако уход американских военных способен изменить баланс сил на Ближнем Востоке и косвенно затронуть Центральную Азию.
Почему США уходят
Американские войска находятся в Ираке в нынешнем формате с 2014 года, когда международная коалиция начала операцию против «ИГ»*. После разгрома группировки и потери ею территориального контроля масштаб военного присутствия США значительно сократился.
Теперь Вашингтон и Багдад считают, что основную ответственность за борьбу с террористическими группировками могут взять на себя иракские силы безопасности, включая силы Иракского Курдистана.
При этом уход происходит на фоне сохраняющихся проблем с вооруженными формированиями. Премьер-министр Ирака установил для негосударственных вооруженных группировок тот же срок – 30 сентября – для отказа от оружия. Однако некоторые влиятельные группировки, связанные с Ираном, уже заявляли о нежелании разоружаться. Именно это может стать главным испытанием после ухода США.
Кто усилится после ухода американцев
Одним из основных вопросов станет влияние Ирана. В Ираке действуют мощные политические и вооруженные силы, ориентированные на Тегеран. Если американское военное присутствие полностью исчезнет, у этих группировок может появиться больше пространства для маневра.
Но говорить о том, что Иран просто «заменит» США, было бы неправильно. Ирак заинтересован в сохранении самостоятельности и отношений сразу с несколькими центрами силы.
Поэтому наиболее вероятным сценарием станет не появление нового единственного хозяина Ирака, а дальнейшая борьба за влияние между Ираном, США, Турцией и арабскими государствами при растущей роли Китая.
Главный риск – безопасность
Наиболее чувствительный вопрос, сможет ли Ирак самостоятельно сдерживать остаточные ячейки «Исламского государства»*. Сегодня группировка уже не контролирует территории, которые находились под ее властью десять лет назад. Но ее подпольные структуры не исчезли. Американские военные сейчас помогают иракским силам в борьбе с террористическими формированиями. После ухода эта ответственность полностью ляжет на национальные силы безопасности.
Поэтому для Центральной Азии важен не сам факт ухода американцев, а то, каким будет Ирак после него. Если страна сохранит стабильность, серьезных последствий для региона не ожидается. Если же начнется новый конфликт между правительством, вооруженными группировками и различными политическими силами, это может привести к усилению транснациональных террористических сетей.
Что это значит для Центральной Азии
Для Казахстана, Кыргызстана, Узбекистана и Таджикистана Ирак находится далеко, поэтому прямого военного эффекта от вывода американских войск не будет. Однако Центральная Азия может почувствовать последствия по трем направлениям.
Первое – безопасность.
Любое усиление международных террористических сетей на Ближнем Востоке представляет потенциальный риск для стран региона. Особенно это касается распространения радикальной идеологии, интернет-вербовки и транснациональных связей. При этом не стоит ожидать автоматического перемещения боевиков из Ирака в Центральную Азию. Речь прежде всего о более широком изменении среды безопасности.
Второе – влияние Ирана.
Если после ухода США позиции Ирана в Ираке усилятся, это будет иметь значение и для Центральной Азии. Тегеран одновременно стремится развивать отношения со странами региона, в том числе в торговле, энергетике и транспорте.
Третье – транспорт и торговля.
Стабильный Ирак может постепенно стать дополнительным звеном между Центральной Азией, Ираном, Турцией и рынками Ближнего Востока. Для государств региона, не имеющих выхода к морю, это особенно важно: чем больше альтернативных маршрутов, тем меньше зависимость от отдельных транспортных направлений.
Что это означает именно для Кыргызстана
Для Кыргызстана прямых последствий практически не будет. Бишкек не связан с Ираком ни общей границей, ни непосредственными военными рисками. Но косвенные последствия возможны.
Безопасность
Кыргызстан заинтересован в том, чтобы уход США не привел к новой волне нестабильности на Ближнем Востоке. Для кыргызстанских спецслужб и силовых структур в этом случае будет важнее отслеживать не ситуацию непосредственно в Ираке, а возможное усиление международных радикальных сетей. Особенно чувствительным для всей Центральной Азии остается соседний Афганистан.
Поэтому возможная дестабилизация одновременно нескольких регионов – Ближнего Востока и Южной Азии – была бы для Кыргызстана гораздо более серьезным риском, чем сам вывод американских войск из Ирака.
Иран как торговое направление
Есть и потенциально позитивная сторона. Кыргызстан не имеет выхода к морю и заинтересован в расширении торговых маршрутов. Через Иран страна потенциально может получить дополнительные возможности для выхода к портам Персидского залива и далее к рынкам Ближнего Востока.
Если ситуация в Ираке будет стабильной, это может способствовать развитию более широких транспортных цепочек.
Китай
Еще один фактор – Китай. Пекин активно развивает экономические связи как с Центральной Азией, так и с государствами Ближнего Востока. Поэтому изменение американского присутствия в Ираке может постепенно отражаться на регионе не напрямую, а через изменение отношений между Китаем, Ираном, Турцией и странами Центральной Азии. Для Кыргызстана это особенно важно из-за его тесных экономических связей с Китаем.
Опасен ли сценарий нового кризиса?
Пока оснований говорить о неизбежной дестабилизации Ирака нет. Иракские власти сами заявляют о готовности взять на себя борьбу с террористическими группировками. США также считают, что иракские силы способны выполнять эту задачу.
Но остается проблема вооруженных формирований. Если правительству не удастся добиться их разоружения, после ухода США может возникнуть ситуация, когда государство формально контролирует страну, но часть силовых возможностей остается у отдельных политических группировок. Это создает риск локальных столкновений и политического кризиса.
Для Кыргызстана важнее не сам уход, а последствия
Таким образом, вывод США из Ирака не означает появления новой непосредственной угрозы для Кыргызстана. На первом этапе Бишкек, скорее всего, столкнется только с косвенными последствиями – через изменение регионального баланса, ситуацию с терроризмом, влияние Ирана и развитие торговых маршрутов.
Для Центральной Азии наиболее благоприятный сценарий –стабильный Ирак, который постепенно берет безопасность под собственный контроль и одновременно развивает экономические связи с внешним миром.
Наиболее негативный вариант – новый виток борьбы между иракскими вооруженными группировками, усиление террористического подполья и рост напряженности между Ираном и США.
Поэтому для стран ЦА-региона главный вопрос сейчас звучит следующим образом: не «Зачем США уходят из Ирака?», а «Кто и каким образом будет обеспечивать безопасность страны после их ухода?»
Именно ответ на этот вопрос определит, станет ли американский уход обычной сменой формата присутствия или началом нового перераспределения сил на Ближнем Востоке, последствия которого постепенно дойдут и до Центральной Азии.
